Но если был хотя бы маленький шанс, что моё дело было связанно с её делом, я не могла молчать.

 — У конгрессмена Уилкокса роман с женщиной по имени Стефани Ройал.

Судя по выражению лица Адама, он прекрасно знал, кто такая Стефани Ройал.

 — У конгрессмена Уилкокса есть доступ к засекреченной информации? – спросила я. – Он мог быть источником, который рассказал медиа о взрыве?

Адам не ответил. Я решила, что это значило, что влиятельный и находчивый человек, вроде отца Джона Томаса, мог получить доступ к самой разной информации.

 — Джон Томас взломал файлы своего отца, — сказала я своему дяде. – Вполне возможно, что его убили из-за чего-то, что он в них увидел.

 — Ты говорила о чем-нибудь из этого Айви? – спросил Адам.

Я покачала головой.

 — Почему нет? – выражение лица Адама было абсолютно серьезным. Он ждал ответа, и не собирался отступать, пока его не получит.

Потому что Айви сказала мне держаться подальше от Ашера. Она пообещала, что позаботиться о нём, но ничего не сделала. Если бы она узнала, что я расследовала убийство Джона Томаса, она сказала бы мне не вмешиваться и в это. 

Вместо того чтобы озвучить всё это, я достала свой телефон, позвонила Айви и включила громкую связь.

Звонок переадресовался на автоответчик.

Решив, что я донесла смысл, я закончила звонок и повернулась к Адаму.

Несколько секунд Адам молчал.

 — Вице-президент пытается перевести Даниэлу Николае в засекреченную тюрьму, — слова Адама – и тот факт, что он рассказал мне об этом – застали меня врасплох. – Айви считает, что Николае знает что-то ещё о нападении на президента, и никто не доверят вице-президенту достаточно, чтобы позволить ему убрать с доски эту фигуру. Сейчас Айви там. Они с Джорджией работают над тем, чтобы остановить перевод.

 — Почему ты рассказываешь мне об этом? – спросила я. Мой мозг работал на полной скорости. – Зачем мне что-то рассказывать?

Адам был не из разговорчивых – особенно, когда дело касалось террористов или работы Айви.

Адам поймал мой взгляд и несколько секунд удерживал его.

 — Потому что, — наконец, произнёс он, — вы с Айви снова и снова играете в эту игру. Притяжение и отталкивание. Это делает больно и тебе, и ей, а я готов отдать всё, чтобы вам обеим никогда не причиняли боли, — он поднялся на ноги. – Я проверю связь конгрессмена с той женщиной. Исследую причины утечек.

Сейчас Адам скажет мне в это не вмешиваться. Он вычитает меня за акт бунтарства и оставит меня под замком.

 — Спасибо, — вместо этого сказал Адам. Он смотрел на меня так, что я стала гадать, не видит ли он на моём месте моего отца. – За то, что доверилась мне.

Я коротко кивнула. Я думала, что теперь Адам уйдёт, но он ещё не закончил.

 — Я слышал, что мой отец спонсирует адвокатов твоего друга.

Что-то подсказывало мне, что Адам пришел сюда именно из-за этого. Он хотел поговорить об этом, пока я не ошарашила его новостями о конгрессмене.

 — Если ты мне доверяешь, Тэсс, — негромко произнёс мой дядя, опуская руку на моё плечо, — не доверяй ему.

Адам мягко сжал моё плечо и повернулся к двери.

Конгрессмен Уилкокс действительно был источником этих утечек?

И если это так – откуда он об этом узнал? И мог ли у него быть доступ к какой-то ещё засекреченной информации?

Он знает что-нибудь о спецгруппе телохранителей президента? От этого вопроса у меня перехватило дыхание. Что, если он получил эту информацию? Он мог передать её? Не только прессе – а террористам?

Когда мне нужно было подумать, я гуляла.