— Значит, Айви не знает…

 — Если бы она знала, она бы не выпускала меня из поля зрения, — сказала я. Я была слабым местом Айви. Всегда была. – Меня бы отправили в отключку и посадили на самолёт в Арубу, прежде чем я успела оказаться в пяти милях от школы.

Когда Айви позволила своим родителям растить меня, она думала, что должна солгать. Она считала это правильным поступком.

Теперь я гадала о том, было ли ей больно лгать. Ведь мне было больно позволять ей верить, что я была в безопасности и что я останусь здесь. Если я пойду в Хардвик и не вернусь, она будет знать, что это был мой выбор.

Она будет знать, что я лгала ей и решила уйти.

Мне так жаль, Айви. Я не хочу уходить. Не хочу бросать тебя.

Впервые мне захотелось быть дочерью, которую она хотела. Которую она заслуживала.

Стук в дверь вырвал меня из моих размышлений.

 — Секунду, — ответила я.

Судя по всему, Прия услышала стук и мои слова. Она закончила разговор.

 — Я буду на связи.

Звонок оборвался. За пару секунд я стерла со своего лица остатки нашего разговора, а затем открыла дверь и увидела стоящего за ней Боди. На его беззаботном лице застыло серьезное выражение.

 — Появились новости, — произнесла я.

Боди фыркнул, как он делал каждый раз, когда мои предположения оказывались правдивы.

 — Да, котёнок, появились новости.

Я подумала о том, что пыталась сделать Айви. О том, что мне было от неё нужно.

 — Хорошие или плохие?

 — Смотря у кого спросить, — сказал мне Боди. – Мне только что позвонила Айви. Ей звонила Джорджия Нолан.

Первая Леди. Мой мозг попытался собрать из этого осколка информации единое целое. Боди опередил меня.

То, что президент Нолан очнулся, было хорошей новостью. Но ещё это было и плохой новостью, потому что у президента Нолана не было дочери, которая училась в Хардвике. У него не было личных причин вести переговоры с «Senza Nome», особенно учитывая то, что они требовали освободить террористку, мишенью которой стал его сын. Террористку, по его мнению, носившую под сердцем его внучку.

Две минуты.

Я ничего не слышала от Прии с тех пор, как она повесила трубку. А вот Айви связалась со мной и сказала, что у неё был план.

Я глядела на часы на моём телефоне и надеялась, что он зазвонит. Что кто-то скажет мне, что ситуация была под контролем.

Минута.

Часы уставились на меня в ответ, напоминая мне о данном мной обещании. Каждый час я буду приставлять пистолет к голове одного из твоих одноклассников. И, Тэсс? Я с удовольствием нажму на курок.

Телефон зазвонил. Я подняла трубку.

 — Прия?

 — Нет, — мой желудок извернулся, стоило миссис Перкинс произнести одно единственное слово.

Я должна была убедить её, что мне нужно было больше времени.

 — Президент очнулся… — начала я.

 — Ещё одна причина поспешить, — ответила террористка. – Как только врач Нолана решит, что он физически и психологически готов вернуться к правлению, правила игры изменяться – и не в твою пользу.

Но и не в вашу, — подумала я.

 — Я жду, — выпалила я, прежде чем она успела снова меня перебить. – Я сделала всё, что вы просили. Айви, Кейс, Прия Бхарани – все делают то, что вы попросили.

 — И я это ценю, — ответила миссис  Перкинс. В её голосе слышался странный тон, гул энергии, врезавшийся в меня, словно скрежет ногтей по классной доске. – Но важно, чтобы ты понимала, — продолжила она, — что я из тех, кто держит слово.

Нет. Мне не удалось выдавить это слово.