В зубах лиса зажимала какого-то мелкого зверька – возможно, полёвку. Но, судя по взъерошенному и грязному меху, её поимка далась рыжей охотнице нелегко.

Вела себя лисица абсолютно спокойно. Её нос явно не унюхал собак, затаившихся в засаде у кромки поляны. Обернув своим пушистым хвостом задние лапы, она положила полёвку на ствол дерева, украдкой оглядела поляну и…

«Вот так да!..» Лиса наклонилась и начала уплетать свою добычу за обе щеки. Запрокинув голову, она заглатывала целые куски, даже не потрудясь их хорошенько разжевать.

Гроза неодобрительно насупилась. Лиса не отнесла свою добычу в общую кучу. И не стала делиться ею с другими сородичами. Неужели у лис так принято, и каждая из них сама добывает себе пропитание? А как же престарелые и больные члены их стаи? Или те лисы, которые не слишком сильны и удачливы в охоте?

Лёжа неподвижно, почти не дыша, четыре собаки наблюдали за тем, как лиса разрывает свою добычу на кусочки и запихивает их себе в пасть. Она съела столько, сколько смогла, потом легла, зажала остатки пищи между лапами и принялась обгладывать косточки. Лиса грызла их так, будто не делала этого целую вечность.

В животе у Грозы вновь всколыхнулось дурное предчувствие: «Такое существо не могло убить Шёпота!»

Она и раньше так думала, а теперь её уверенность только окрепла. Пасть лисы оказалась в действительности даже меньше, чем предполагала Гроза. Просто широкий меховой воротник зрительно увеличивал её морду. А зубы у лисы были хоть и острыми, но тонкими, как иголки. Конечно, Грозе не хотелось бы, чтобы такие зубы вонзились ей в лапу. Но они точно не могли разорвать глотку взрослой боеспособной собаке.

И вокруг тела Шёпота не витало даже слабого лисьего душка… Все эти наблюдения вкупе окончательно убедили Грозу: рыжие бестии непричастны к убийству пса.

«Как же мне теперь поступить? Мы нашли территорию лис. И Счастливчик наверняка захочет на них напасть! Но я не могу позволить ему развязать войну с лисами без веских на то причин…»

С другой стороны, война и так уже шла. Она началась в тот момент, когда у собачьего лагеря был оставлен убитый лисий детёныш. В суете и беспокойстве прошедших дней Гроза позабыла об этом. Но ведь стая до сих пор не выяснила, кто на самом деле прикончил лисёнка и подбросил на их территорию.

«А могло ли этого лисёнка и Шёпота убить одно существо?»

Пожалуй, могло. Но почему? Ответ на этот вопрос Гроза, как ни старалась, пока не находила.

Кто же мог так сильно ненавидеть и лис, и их стаю?

Лиса, наконец, разделалась с тушкой полёвки и, облизав свои чёрные губы, соскочила с поваленного дерева. Грозе показалось, что она навострила лапы в их сторону. Но через секунду лиса развернулась, сделала несколько шагов по кромке травы и исчезла из виду. Гроза смотрела в оба глаза Похоже, лиса спряталась в своё логово – нору в земле под лежащим стволом! Вход в неё маскировала трава Вот почему собаки её не заметили.

Сомненья окончательно улетучились. Это был лисий лагерь. Они действительно его нашли!

– Давайте-ка… – Кусака шелохнулась, решив отползти из подлеска назад. Но тут же застыла на месте. Широко раскрыв глаза и насторожив уши, она завертела головой из стороны в сторону, пытаясь понять, откуда доносятся новые звуки.

Звуки новых шагов!

Собаки замерли, а в следующий миг справа от них из леса выскочила целая пара тощих созданий: самец и самка Самка была чуть крупнее самца.

Они пробежали от Грозы так близко, что собаке пришлось задержать дыхание. Никакой добычи в зубах у них не было. Направляясь к норе под поваленным деревом, лисы громко переговаривались.

– Как же досадно всё вышло, – сетовал самец. – Вот вроде и глуповаты эти лесные мыши, но до чего же шустры мерзавки…

– Не куксись, Рассвет! Завтра нам повезёт больше, – попыталась утешить его лисица.