Когда-нибудь он должен был сказать это. Я ждал, и он не обманул моих ожиданий.

— Из всех ненормальных ты самый ненормальный.

Надо же умудриться навлечь столько неприятностей на одну голову.

— Это еще цветочки.

— Не тянет поговорить?

— Не особенно, но если тебе любопытно, валяй. Что тебя интересует?

— Так, некоторые детали, о которых копы, кажется, даже не подозревают. Во-первых, мертвец за городом. Это ведь не просто несчастный случай. Он и два его друга входили в банду, которая специализировалась на мокрых делах. Двух недавно выловили из карьера. Красивые такие трупики.

— Ну и что?

— А то, что он стал третьим. Я убежден, что это не случайность.

— Это случайность. Во всяком случае, он не был убит. Я преследовал его, и он вылетел на повороте в кювет. Он умер, не сказав ни слова о том, кто послал его. Твой следующий вопрос?

Логан затянулся и кивнул.

— Незадолго перед этим погибшего видели в заведении Эдди Пэкмена. Потом на глазах у копов ты набросился на Эдди. Почему?

— Скажем, потому, что у погибшего в бумажнике было десять новеньких сотенок. Эдди заплатил за невыполненную работу. Они ругались, погибший вышел от него просто взбешенным.

— Так вот из-за чего ты гонялся за Пэкменом!

Я осторожно покачал головой.

— Это еще не все. Примерно за полчаса до встречи с Пэкменом кто-то стрелял в меня, но, видать, черт вздумал подшутить над ним, и он промахнулся. Кто бы это ни был, он ждал недалеко от «Корабля», разрядил в мою машину свой револьвер и исчез. Никто не пострадал, но я просто взбесился. Когда я увидел машину Эдди, она показалась мне похожей на ту, из которой стреляли.

— Нет, — сказал Логан.

— Что?

— Эдди торчал в сосисочной добрых два часа, прежде чем там появился ты. Я проверил.

Я вспомнил все ругательства, которые слышал от великих матерщинников, и у меня получилось, наверное, самое длинное предложение в мире. Словно пар выпустили из котла. Мне полегчало, я докурил сигарету и выбросил окурок на тротуар.

— Логан, — сказал я, — ничего более запутанного я не видел. Многие хотят, чтобы я умер. Но смотри, что получается. Серво оставался у меня за спиной, когда я выходил из «Корабля», и не мог, естественно, стрелять в меня из машины. Пэкмен торчал в это время в сосисочной. Кто бы ни стрелял в меня у ресторана, это был тот же самый человек, который пытался убить меня у библиотеки, и если вчера это были не Серво и Пэкмен, значит, у библиотеки это тоже не их рук дело. Нет, они, во всяком случае раньше, не хотели моей смерти.

— Зато сейчас, — Логан не отрывал глаз от дороги, — Пэкмен грозится убить тебя, как только увидит, а Серво очень не понравится, что тебя опять отпустили оттуда, где до тебя легко было бы добраться.

— Ты имеешь в виду тюрьму?

— Совершенно верно.

— Там он может купить кого угодно?

— У тебя зрение лучше, чем я думал.

— Кому же я обязан своим освобождением? Какой благодетель внес за меня десять тысяч залога?

Логан швырнул окурок на асфальт.

— Это убьет тебя. Их внес твой прежний босс. Хэвис Гардинер.

— Отлично, но я не понимаю.

— Поймешь.