Горячий чай капает на ладонь Нетти, и она относит ситечко обратно в раковину. Голос Мануэля за ее спиной – негромкое бормотание:

– Но это кое-что докажет, если Чарльза Таллиса найдут мертвым, застреленным, держащим револьвер, из которого убили вашу семью, верно? Это хорошенько вас обелит, так ведь?..

Нетти застывает.

Джон делает вдох, чтобы закричать, но его прерывает Уильям, со скрипом отодвинув свой стул и встав:

– Пошли, шеф!

Мануэль остается сидеть. Он сбит с толку внезапной переменой атмосферы.

– Что?

Нетти стоит у раковины, и обжигающий чай капает ей на руку.

– Давай, шеф! Пора идти!

– Но все закрыто… А здесь у нас еще есть выпивка. Не, давай останемся здесь.

Уотт неуклюже выскальзывает из алькова, бормоча:

– Ну, может, мы просто… Есть клуб, крошечный клуб, подвал под «Кот баром»…

Мануэль резко встает.

Нетти слышит, как он стягивает свою куртку со спинки стула, как ножки стула тяжело ударяют об пол. Потом все замирает.

– О, – говорит он, – но как же Дэнди?

В голосе Уильяма звучит улыбка.

– Подвал «Кота» славится как укромное местечко. Нас там не найдут.

– Дэнди Маккей? – шепчет Джон.

Нетти наблюдает за их отражениями в зеркале над раковиной. Мануэль и Уильям натягивают уличную одежду. Джон тоже стоит, раскинув руки, с огромными от паники глазами.

– Вас ищет Дэнди Маккей? И вы от него прячетесь? Уильям, ты, к дьяволу, спятил?

Уильям не отвечает; он неловко улыбается, пятясь от Джона. Мануэль уже у входной двери.

Джон пихает полную бутылку виски брату:

– Забирай.

– Джон, это тебе, – по привычке властно говорит Уильям. – Оставь ее себе.

– В моем доме мне это не нужно.

Дверь за ними закрывается. Их шаги удаляются по каменным ступеням.

Нетти поворачивается и видит, что Джон осел на своем стуле. Она все еще держит обжигающие капли чая в чашечке своей руки.

– Муж, – шипит она, – я больше никогда не хочу видеть в своем доме этого грязного человека.

– Знаю, – говорит Джон. – Знаю.

Оба они говорят не о Питере Мануэле.

Глава 10

Вторник, 3 декабря 1957 года

Уотт и Мануэль едут прочь от дома Джона и Нетти, в ночной город. Сейчас три тридцать ночи, и улицы пусты. Они проезжают мимо высоких изгородей лужайки для игры в шары и направляются вверх по холму, мимо высоких многоквартирных домов с черными окнами. Замерзший туман прилип к тротуару, все трубы мертвы.

Мануэлю знакомо это время ночи. Уотту – нет, и ему оно не нравится. Его тошнит от усталости и пьянства, и пустые, туманные улицы кажутся ему жуткими. Такое ощущение, будто все в городе мертвы. Вот когда Мануэль любит Глазго – когда он беззащитен, а люди не двигаются.

Но их обоих возбуждает перспектива попасть в подвал под «Кот баром». Этот подвал – легендарное место. Голые женщины, подающие тебе выпивку? Женщины в нижнем белье, подающие тебе выпивку? Женщины, танцующие голыми или раздевающиеся догола?

Мужчины, которые никогда не пойдут в подвал, слышали сплетни о нем от других мужчин, которые тоже никогда туда не пойдут. Это маленькая темная комнатка, и только за вход там берут фунт стерлингов с человека.

Мануэль вспоминает о том, что только что произошло, и раздраженно говорит:

– Ты хотел, чтобы я побыстрее убрался из того дома.

Уильям задумчиво отвечает:

– Думаю, они знают.