— Зачем ты пришёл? — тихо спросила она.

   — Увидеть тебя. Я же обещал.

   — Ты знал, что мы с Варей вместе? — Он не ответил. — Знал. Зачем ты это, — она сделала ударение на слове «это», — сделал?

   — Чтобы ты пришла ко мне. Сама. Не я к тебе, а ты ко мне.

   — Негодяй.

   — И ты пришла.

   — Зачем ты Варю обманул? Она-то тебе что сделала?

   — Она не внакладе.

   — Негодяй, — повторила Катя. — Какой же ты негодяй.

Чуть позже. Вилла «Петит Элизе».

Варя вошла в дом, прислушалась. Всё было тихо. Она открыла дверь в Катину комнату — та лежала к ней спиной. Она подошла, заглянула ей в лицо. Катя, похоже, спала.

Варя поставила на тумбочку пузырёк с лекарством и вышла из комнаты.

Открыв свою дверь, она увидела, что постель пуста...

10 июля 1871 года. Эмс. Окрестности.

Александр и Катя ехали в открытой коляске по лесной дороге. Александр правил лошадьми сам. Сзади ехала вторая коляска с охраной и императорским кучером.

   — Но что случилось вдруг? — спросил Александр Катю. — Вчера нельзя к тебе, сегодня нельзя...

   — Я же сказала — Варя заболела.

   — Ну так она на другом этаже.

   — Там всё слышно.

   — Не знаю, как-то странно всё. Ну хорошо, она заболела, но ты-то что такая?

   — Какая?

   — Не такая как всегда. Сторонишься меня.

   — Я же с тобой сейчас.

   — Внутри себя. Я ощущаю это. Ты третий день даже не дотронулась до меня. Я тебя что, чем-то обидел?

   — Да нет, — она отвечала вяло, нехотя.

   — Так в чём же дело?

   — Да ни в чём. Ну просто... Ну может же быть у меня настроение, отличное от твоего.

   — Может, конечно.

   — Или нездоровье?

   — Может. И бывало. Но ты никогда при этом не сторонилась меня.

   — Саша, ну что ты мучаешь себя и меня. У тебя же тоже есть здесь и дела свои, и обязанности. И ты бываешь в разном настроении. Ну что за претензии...

   — Помилуй, Катенька, у меня нет никаких претензий. Но мы придумали поехать сюда, чтобы быть вместе...

   — Да, тайком, как шпионы, по чужому паспорту.

   — Для нашей же пользы.

   — Там всем врала, что еду в Ригу, здесь всем вру, что я рижская гражданка...

   — Но, Катя...

   — Должна усылать Варю из дому...

   — Но это ведь...

   — А ты не приходишь, и я сижу вечерами одна.

   — Это было один раз.

   — А потом ты удивляешься, почему я такая, а не такая. Я вообще удивляюсь, что я какая-то. Мне иногда хочется закрыть глаза и не открывать их больше.