|
Женщина без прошлого — ни родных, ни друзей, с которыми можно было бы поговорить… Иногда она вообще кажется нормальной: уравновешенная, спокойная. И вдруг… — Но ведь она пишет историю своей жизни, разве не так? Вот тебе и материал: читай и делай выводы. Если она бывала на небесах и беседовала с ангелами, это одно дело, а если якшалась с бандой колумбийских наркоторговцев — совсем другое. Пока же она в безопасности, над ней не каплет, а мы тоже никуда не торопимся. Тебе нужно написать статью на основе этого, помнишь? Лорна помнит, хотя это ее несколько смущает. Они толкуют о деле еще несколько минут, потом Лопес говорит, что у него назначена встреча. Лорна уже уходит, когда он бросает ей вслед: — И вот что еще, детка. Не влюбляйся. — Что? — Не влюбляйся в пациента. Все знают о бессознательном переносе, но не все понимают, что это срабатывает разными способами. Очевидно, что-то в этой женщине для тебя притягательно. На каком-то уровне ты не веришь в ее сумасшествие, я угадал? Лорна пожимает плечами. — Ладно, ты просто имей это в виду. Не забывай, что я тебе сказал, и будь начеку, — говорит Микки Лопес, одаряя ее на прощание своей теплой еврейской улыбкой. После этого Лорна едет в деловой центр города, где встречается с группой менеджеров по персоналу предприятий розничной торговли. Здесь она хладнокровна и уверена в себе, менеджеры — по большей части люди средних лет — относятся к ней с уважением и симпатией, что заставляет ее в тысячный раз задаться вопросом: почему она не ограничивает свою практику вот такими не раздражающими мероприятиями? Худо ли: приличный офис на Пятой северо-восточной улице, без тараканов и посторонних запахов, с прекрасным видом на залив. Здешняя обстановка и атмосфера отличается от мест, где она обычно встречается с клиентами, исключительно в лучшую сторону. В чем же тогда дело? В остатках юношеского идеализма? — В глупости, моя сладкая, исключительно в глупости, — безапелляционно заявляет Бетси Ньюхаус, когда Лорна как бы невзначай задает ей этот вопрос часом позже в фитнес-центре. — Я все время пытаюсь втолковать тебе, что богатые нуждаются в наших услугах ничуть не меньше, чем бедные, а платят при этом гораздо больше. И давай посмотрим правде в глаза: если твои пациенты такие умные, то почему остались такими бедными? Лорна невольно смеется, хотя не слишком энергично, поскольку пытается удержать на тренажере «движущаяся дорожка» заданный Бетси темп. Обе соглашаются с тем, что возможность приходить в фитнес-центр в то время, когда в зале мало народу, является одним из существенных преимуществ лиц свободных профессий, не высиживающих в офисе «от и до». Бетси, агенту по продаже недвижимости, это гарантирует доступ к любому снаряду, который ей нужен, чтобы довести до совершенства очередную группу мускулов, тогда как для Лорны это означает отсутствие необходимости обнажаться перед народом. Кроме них здесь всего двое мужчин и одна женщина, причем в куда более скверной форме, чем та, в которой, по ее собственному ощущению, пребывает Лорна. — У меня есть гражданское сознание, — пыхтит Лорна. Несмотря на кондиционер, пот льется с нее рекой, а как выглядит лицо, даже подумать страшно. На подругу, перебирающую ногами с удивительной легкостью, она смотрит с завистью, а уж сравнивать свою грудь с упругими мячиками Бетси ей и вовсе не хочется. «Глянь, сиськи-то, как пара щенков, что в дерюжном мешке дерутся» — эту фразу Лорна как-то услышала на улице из уст пары строительных рабочих, пялившихся на бежавшую трусцой женщину (вовсе не на Лорну), и с тех пор постоянно примеряла ее к себе. — От всех этих дурацких предрассудков, — говорит Бетси, — тебе надо избавляться, так же как от лишнего жира. |
