В других обстоятельствах ее замечание вызвало бы у него усмешку, ибо он был надежно обездвижен тисками песка. Но сейчас ему было не до того: его гипнотизировала медуза, которую последняя волна поднесла почти к самому его лицу.

Мари легла на песок и медленно поползла. Приблизившись, она остановилась примерно в трех метрах от него.

— Сейчас я брошу трос, постарайся просунуть его под руки и закрой защелку.

После трех неудачных попыток трос упал возле правой руки Ферсена. Пальцы его схватили карабин.

— Осторожно, осторожно… Главное — спокойствие! Пропусти трос перед собой, поймай левой рукой. Вот так.

Щупальце коснулось его в тот момент, когда он почти сделал нужное движение, но сработал рефлекс, и Люка, отшатнувшись от медузы, выпустил из пальцев карабин.

У Мари поневоле вырвался крик, когда она поняла, что Люка погрузился еще на несколько сантиметров.

— Собери все силы, прошу тебя! Карабин правее руки, в двадцати сантиметрах от нее, возьми его, — затаив дыхание, старалась она подбодрить Ферсена.

Тогда, пытаясь не думать о наползавшей на его лицо отвратительной твари, он нашупал под рукой холодный металл карабина и, потянув его на себя, защелкнул. Мари стала его тащить, но тяжесть была слишком велика, чтобы она могла справиться в одиночку. Она хотела было крикнуть, чтобы ей помогла Гвен, но вспомнила, что та прикована наручниками к двери машины. Времени на то, чтобы ее освободить или запустить электромотор лебедки не было: Ферсена окончательно засосало бы в песок.

Из ее глаз брызнули слезы бессилия. И тут она услышала визг тормозов. Минутой позже Морино и его помощник пришли ей на помощь. Люка был спасен!

Конечно, «классике от Черрути» пришлось выдержать серьезное испытание, но главное — Люка был жив.

За страхом его потерять последовал неукротимый гнев.

— Можешь объяснить, что тебя сюда привело в такой час?

— Я собирался лепить пирожки из песка, неужели не видно? — огрызнулся тот. — А почему ты вся мокрая? Чем, интересно, ты занималась?

— Мы с Гвен принимали полуночную ванну. — Она показала в сторону «мегари», где сидела дочь Ивонны. — Что это за история с телефонным звонком?

— Она звала меня на помощь. Вернее, звала тебя, но поскольку ты одолжила телефон мне, я и принял вызов. Вот стерва!

Он бросился к «мегари», чуть не выдернул дверь и накинулся на вывалившуюся из машины Гвен, которая была прикована к ней наручниками:

— Ненормальная! Решили избавиться от Мари? Вот уж невезение — разрядившийся мобильник спутал ваши планы, и в расставленную ловушку угодил я! — Люка повернулся к не на шутку встревоженной Мари, которая вскоре к нему присоединилась: — Дай ключи от наручников!

Мари их протянула.

— Что ты собираешься делать?

Освободив Гвен от наручников, Ферсен без всяких церемоний прижал ее к машине и стал обыскивать, ощупывая с ног до головы.

— Люка! Что на тебя нашло? Немедленно прекрати! — воскликнула Мари.

— Мне нужен ее телефон.

— У меня вчера его украли. — пробормотала Гвен. — Я заявила в полицию о краже. — Она кивнула в сторону Морино: — Старший сержант подтвердит.

— Это лишь доказывает, что вы все просчитали, — заметил Ферсен. — Добавим слово «преднамеренно».

— Не она тебя вызывала, Люка, — твердо произнесла Мари, положив руку ему на плечо.

— И ты ей веришь? — прорычал тот.

— Когда ты получил вызов, Гвен находилась со мной, я гарантирую, что она не звонила.