— Но позвонить, предупредить, передать, наконец, водителю было трудно?

— Невозможно.

— Он это заметил?

— Совершенно верно. Напились вдребодан.

— Хороша…

— Имею полное право. Я женщина свободная — это раз. На отдыхе — это два. И вообще…

— Меня это не касается — это три.

— Заметь: ничего подобного я не произнесла.

— Но подумала. Ладно. Проехали. Сейчас, надеюсь, ты уже на маршруте?

— Так точно.

— Одна?

— С водителем, разумеется.

— Я имею в виду знакомого.

— Через пару часов он…

— Что?

— Будет уже очень далеко отсюда.

— В смысле — покинет Францию?

— Именно в этом смысле. Ради далекого острова, — зачем-то я вру. Необъяснимо. Но уверенно.

— На островах теперь не сезон. Старый знакомый?

— Из прошлой жизни.

— Я его знаю?

— Нет. Он был уже после института.

— Понятно. Не удивился твоей поездке?

— А чему, собственно, удивляться? Замки Луары — очень популярный маршрут. Сама же говорила.

— Я имела в виду особенности твоего тура?

— Нет. Зачем? Случайно встретились — случайно разошлись…

— Действительно. Значит, с тобой все в порядке?

— Голова болит.

— Хм, попроси остановить у ближайшего бистро, выпей бокал красного вина.

— Лучше пива.

— Во Франции это не слишком принято.

— Хорошо, выпью вина.

— Вот и паинька. И поспи. Дорога пока не блистает красотами.

— Слушаюсь и повинуюсь.

А он, собака, слушал внимательно.

— Хотите перекусить? — имелось в виду «опохмелиться».

— Не хочу.

И говорить не хочу.

О чем?

Идея поспать кажется мне более симпатичной.

Я просыпаюсь внезапно, вдруг.

И сразу же остро ощущаю: что-то изменилось в окружающем мире, что-то — разбудившее меня в конечном итоге.

Все проясняется довольно быстро.

«Mercedes» стоит — вернее, остановлен и даже слегка прижат к обочине полицейской машиной.

Мой угрюмый возница односложно отвечает что-то на вопросы белокурого жандарма, второй полицейский — сухопарый брюнет с классическим галльским носом — задумчиво обходит машину, глядя себе под ноги, словно ищет что-то в дорожной пыли.

Дорога — действительно пыльная и узкая, с двумя неширокими встречными полосами. Скорее уж средней руки российская дорога.

Оглядываюсь, заодно разминаю онемевшие конечности.

Похоже, что жандармы остановили нас в тот самый момент, когда машина намеревалась покинуть загородное шоссе, с тем чтобы свернуть на эту — узкую проселочную дорогу.

Бог мой, быть может, была погоня, нас преследовали, гнали по highway, загнали в эту глухомань…

Впрочем, глупости, конечно, — спросонок в голове родился классический голливудский сюжет.

Мы во Франции.

К тому же все, похоже, завершается миром: белокурый жандарм любезно желает счастливого пути.

— Что это было?

— Проверка документов.

— Обычное дело?

— Я бы не сказал. Черт знает, каким ветром сюда занесло легавых. А вообще-то… Делать им здесь просто нечего. Дыра.

— Мы уже близко?

— По такой дороге — минут двадцать.