Секунду спустя она сделала то же самое:

— Керэн, — затем указала на него: — Мэттью.

— Да, — кивнул он.

Её глаза загорелись:

— Да! — За этим последовало ещё одно странное предложение, которое, похоже, напирало на слово «да».

«Итак, «да» и «нет» являются у нас общими словами», — решил он. «Её язык, наверное, либо является предшественником бэйрионского, либо развился из него». Это должно позволить им проще научиться понимать друг-друга. Он сел, и снова начал слезать с волокуши.

— Нет, — объявила она, добавив слово, явно бывшее предупреждением, указывая на его ногу.

Мэттью улыбнулся:

— Нога в порядке. Я волшебник.

Керэн покачала головой:

— Нет, Мэттью. — Используя жесты и ещё какие-то своеобразные фразы, она ясно дала понять, что ему нельзя двигаться.

Он снова показал на свою ногу:

— Я её вылечил. — Когда это не вызвало у неё никакого понимания, он снова положил ладонь себе на грудь: — Волшебник.

Она повторила слово «волшебник», а затем рассмеялась. Очевидно, это слово имело для неё какой-то смысл, хотя он не был уверен, смеялась ли она из-за того, что считала это слово глупым, или потому, что оно знало что-то совсем иное.

«Насколько я знаю, я вполне мог только что назваться ей ослом или чем-то таким». Он вздохнул, и попытался придумать иной подход, но в этот момент он услышал шелест в ближайших кустах.

Это был не фоновый шум шелестящих на ветру ветвей, он был гораздо громче. Что-то большое, и, вероятно, животное, приближалось к ним. Люди часто ошибочно полагали, что животные двигались по лесу бесшумно, но это было совсем не так. На самом деле они просто слышали лучше, и обычно двигались прочь, когда обнаруживали поблизости людей.

Однако это животное было большим, и не двигалось прочь. Мэттью снова ощутил фрустрацию из-за ограничений его магического взора. Дома он бы обнаружил что-то настолько большое задолго до того, как оно вошло в радиус слышимости, в то время как здесь его магический взор простирался лишь на несколько десятков футов от его местоположения.

В отсутствие естественного фонового эйсара он мог ощущать лишь то, что находилось в пределах досягаемости эйсара, который, наверное, излучало его собственное тело. «Примерно как человек, который несёт фонарь тёмной ночью», — предположил он.

Поднеся палец к своим губам, он понадеялся, что Керэн поймёт, что ей нужно было вести себя тихо. Затем он указал на кусты, и послал в том направлении лёгкий импульс эйсара. Это осветило мир перед ним, и его магический взор оказался временно способен увидеть медленно пробиравшегося к ним большого медведя.

Мэттью не был лесником, но он усвоил достаточно навыков ориентации в лесу, чтобы знать, что медведи не приближались к людям без какой-то цели. Обычно они находили повод убраться подальше, когда чуяли поблизости людей. Они с Керэн говорили достаточно громко, поэтому медведь должен был знать об их присутствии. Значит, он приближался к ним намеренно. Наверное, он проголодался, и пытался решить, станут ли они лёгкой добычей.

* * *

Керэн остановилась, сжав губы, когда увидела, как Мэттью поднёс палец к своему рту. Она с фрустрацией обнаружила, что они не могли нормально общаться. Будь у неё её ПМ, это не стало бы проблемой. ПМ смог бы определить любой язык, который он использовал, и смог бы служить им переводчиком. «Или, будь я нормальной, я бы вообще не смогла его потерять», — с фрустрацией подумала она. Большинство людей уже не носили внешние ПМы. Это послужило ей лишь очередным напоминанием о том, что она была ущербной.