Три понятных слова в одном предложении, хотя она и не была согласна ни с одним из них, конечно же.

— Нет, — объявила она, прежде чем указать ему на лоб, — глупый.

Он уставился на неё в ответ с самодовольным, почти равнодушным выражением, и это разозлило её ещё больше. Этот идиот едва не убился, и, очевидно, он полагал, что только что спас её. Керэн бросила взгляд на баллончик у себя в руке, и подавила желание выдернуть чеку, и обрызгать его.

Она отложила это в сторону, когда ей в голову пришла иная мысль:

— А с ногой-то у тебя что? — Когда выражение лица Мэттью стало озадаченным, она указала на ногу: — Твоя нога, вот это, твоя нога… как ты можешь ходить?

Его лицо озарило понимание. После долгой паузы он указал на себя:

— Волшебник.

Керэн выпустила из себя воздух долгим вздохом, прежде чем указать на него:

— Шизик, — язвительно поправила его она.

Молодой человек помолчал, а затем кивнул:

— Да, волшебник, шизик. — Он, похоже, думал, что они так общались.

В ответ на это она не могла не улыбнуться:

— Ну хоть в чём-то мы согласны. Идём, шизик, мы не выберемся из этой глуши, если будем просто стоять весь день на месте.

Глава 5

Мэттью поглядел, как Керэн уложила обратно в рюкзак странный цилиндр, который держала в руках. Когда она указала на волокушу, и что-то сказала ему, он был весьма уверен, что она спрашивала, нужно ли его снова тащить.

Он покачал головой:

— Нет, спасибо.

Она пожала плечами, и указала вниз по склону, говоря что-то ещё. Все слова звучали знакомо. Время от времени одно из них цеплялось за его слух, но он знал, что они были далеко от полного взаимопонимания. Он махнул рукой вниз, и слегка поклонился:

— Веди.

Он последовал за ней, когда она стала пробираться вниз по крутому горному склону. Они не были ни на какой тропе, поэтому продвижение было трудным, и несколько минут спустя его нога начала пульсировать болью. Однако она была лишь самым худшим источником неудобства — боли в спине, шее и во всём теле соперничали друг с другом за его внимание.

Керэн с озабоченностью посмотрела на него, когда его лёгкая хромота превратилась в отчётливую ковыляющую походку. Она что-то сказала, но он понял лишь слово «костыль».

— Хорошая мысль, — сказал он ей. Они были недалеко от основания горы, и деревья вокруг них росли гуще. Подковыляв к роще молодых деревьев, он выбрал одно из них, бывшее достаточно маленьким и довольно прямым.

Керэн указала на его меч.

— Не нужно, — сказал он ей, положив ладонь на выбранное им дерево. Сосредоточившись, он послал свой эйсар протечь по дереву. Это потребовало гораздо больше усилий, чем он ожидал. Он начинал волноваться, поскольку, судя по всему, становился слабее, будто его сила не восполнялось, как полагается.

Как только его эйсар покрыл нужную ему длину, он сжал свою волю, аккуратно обрубая дерево рядом с землёй и в одном месте повыше. Мелкие ветви, росшие из этой части ствола, также отвалились, оставив ему идеальный посох для ходьбы длиной почти в шесть футов.

Глаза Керэн слегка расширились, когда он почти без видимых усилий оторвал посох от остальной части дерева. Она выглядела озадаченной, но ничего не сказала.

Они пошли дальше, а когда достигли вниз, где располагалась маленькая, но мягкая долина, Мэттью задумался, сколько ещё им идти, прежде чем они доберутся до её дома. Посмотрев вверх, он изучил гору, по которой они спустились. Для его взгляда она практически ничем не отличалась от других, окружавших их со всех сторон. Если они уйдут слишком далеко, то у него могут возникнуть трудности с тем, чтобы снова её найти.