Охранник посмотрел на сидящую в машине Наталию:

– А дама?

– Это моя подруга, – сказал Джефф. – Она нас привезла.

– Полагаю, что проблем нет. Мне бы только взглянуть на ваши удостоверения личности.

Дэвид подал ему подделки. Охранник вписал фальшивые имена, затем повернулся к молодому коллеге у коммутатора:

– Дэн, позвони в отделение «Айронбридж», скажи, что к Манкастеру пришли посетители. Пусть кто-нибудь встретит их на крыльце. На Манкастера спрос сегодня, – добавил он.

Дэвид переглянулся с Джеффом.

– Это вы о чем? – спросил он как бы между делом.

– Да раньше приезжали двое полицейских, задавали новые вопросы – про тот случай, надо думать. – Охранник уселся поудобнее. – Вам ведь известно, что Манкастер напал на своего брата, выбросил его из окна? Я видел его, когда он поступил, – на буйного не похож, но по виду никогда не поймешь. Помнится, был у нас один, много лет вел себя тише мыши, а потом взял и разом уложил доктора и двух санитаров.

Охранник покачал головой с каким-то мрачным удовлетворением. Молодой оторвался от телефона:

– Мистер Холл встретит посетителей у входа.

– Откроешь для них ворота?

Молодой охранник вышел, позвякивая большой связкой ключей. Санитарка уже вошла. Дэвид и Джефф снова сели в машину. Охранник открыл ворота, они проехали, следом прошла пожилая пара. Пока Наталия заводила мотор, Дэвид рассказал о визите полицейских. За спиной у них лязгнули, закрываясь, ворота.

– Что им понадобилось?

– Он не знает. Предположил, что это по поводу нападения Фрэнка на брата.

– Спросим у Бена Холла. Видимо, беспокоиться не о чем, иначе бы он нас предупредил. Нам известно, что дело не закрыто.

Сразу за воротами начинался бетонный мост, который вел через широкий ров с обрывистыми краями и мутной водой на дне. Дальше тянулась полоса густого и высокого кустарника. Дэвид смотрел вдоль дороги на большой дом. Когда они подъехали к главным дверям, из них вышел и остановился на верхней ступени человек в коричневой форменной куртке – мужчина лет тридцати с некрасивым, но добрым лицом, испещренным ранними морщинами, и сломанным носом. На поясе у него висели свисток на цепочке и связка ключей. Наталия припарковала машину сбоку от входа.

– Все в порядке, – сказала она тихо. – Это наш человек. Я видела фотографию. Я останусь здесь. Удачи.

Дэвид и Джефф снова вышли. Молодой человек улыбнулся и протянул руку, обводя их цепким взглядом:

– Мистэйр Ледимен и мистэйр Хеджес?

В его речи слышался заметный выговор уроженца Глазго.

– Да, – отозвался Дэвид. – Хеджес – это я. День добрый.

– Привет. Спасибо, что приехали. Фрэнк рад будет вас видеть.

Дэвид обернулся. Пожилая пара подходила к крыльцу. Приблизившись к клинике, они стыдливо потупили взоры.

Стены помещений были окрашены в сдержанно-зеленый цвет, пол был покрыт истертым паркетом. Бен отпер тяжелую дверь, ведшую в длинный коридор. Двое в серых шерстяных пижамах стояли неподвижно и смотрели на них. У обоих была дурацкая стрижка под горшок, ниже торчали оттопыренные уши.

– Охранник обмолвился, что до нас, днем, Фрэнка навещал кто-то из полиции, – тихо проговорил Дэвид.

– Ага. – Санитар тоже понизил голос. – Мы это обсудим, когда придем в кабинет.

– Меры безопасности тут, похоже, очень строгие, – заметил Джефф.

– Так и есть. Сюда нэй пройти без ключа от холла, и все внутренние двери заперты. – Бен обратился к Дэвиду все тем же беззаботным тоном.