— Наверное, ты забыл — сегодня мы приглашены к Рентонам. Мне сказать, что не придем, или ты сам позвонишь?

— Может, сходишь? — небрежно спросил я. — Развлечешься.

— Ты же знаешь, я не выношу ходить в гости одна.

Повисло молчание. Лора хмуро смотрела в пол. Казалось, она догадывается, что я что-то скрываю. Я надел один из синих костюмов, в которых всегда отправляюсь в деловые поездки. Все это пахло предательством, но я мог думать только о Джелли и о том, что должен найти ее раньше Стража.

Лора задумалась о чем-то своем.

— Если уж так хочешь знать, есть еще причина. — Я говорил нехотя, словно все же решился открыть истинную цель поездки. После Парижа я был готов к вопросу о «рабочем» визите в Америку и даже хотел, чтобы его задали. — Думаю повидаться с Кэмпбеллом Армуром — частным детективом, я тебе рассказывал. Похоже, он добился результатов.

— По-моему, он живет во Флориде.

— В четверг собирается в Нью-Йорк.

Лора встала и медленно пошла к выходу, но в дверях задержалась; во всем белом, она излучала зловещее спокойствие.

— Полагаю, больше тебе нечего сказать.

Я пожал плечами:

— Знаю, ты недовольна, поэтому… избавил тебя от деталей.

Вновь повисло неловкое молчание.

— Кстати, звонила та женщина из полиции… Эдит Каупер. Наверное, не застала тебя в офисе.

С тяжелым чувством я паковал дорожный чемоданчик.

— Перезвоню, когда вернусь.

— Она сказала, это важно. — Не дождавшись ответа, Лора отвернулась. — Если понадоблюсь, я внизу.

Парадная дверь была заперта.

Медленно пройдя по веранде, Кэмпбелл потрогал ставни на всех окнах — вдруг хоть одно открыто. Позади дома в застекленной части веранды имелась еще одна запертая дверь с рваной сеткой от насекомых. Сквозь мутные стекла сыщик разглядел на стене снегоступы и лыжные палки; похоже, дальше располагалась кухня.

На заднем дворе Кэмпбелл сделал несколько снимков, чтобы иметь свежие доказательства того, что виртуальный особняк создан по образу родного дома Эрнеста Ситона.

В неподвижном воздухе жаркого полдня плавал густой аромат зелени, буйно разросшейся в останках сада. Кэмпбелл прошагал по бывшей земляничной плантации и наткнулся на проволочное ограждение теннисного корта, давно уже поглощенного кустарником. Ниже по склону прятался пруд, задушенный камышами и желтым ирисом; старый купальный помост, опутанный Водорослями, наполовину затонул. Цапля, стоявшая на засохшем дереве, сорвалась с места и шумно пролетела над водой.

Оглянувшись на пригорок с белым особняком в обрамлении дубов и тсуги, Кэмпбелл представил поместье обитаемым и ухоженным: под солнцем искрится островерхая шиферная крыша, исторгают дым каминные трубы из глазурованного блекло-розового кирпича, распахнуты темно-зеленые ставни, и лиловая тень на длинной веранде с белыми колоннами манит к себе, обещая прохладное питье… Дом из сна.

Наверное, девятилетнему мальчику это место казалось раем. Но затем наступает жаркий летний вечер, когда кухонный нож, схваченный в неизъяснимой смертоносной ярости, превращает рай в земной ад, и сон под названием «Небесное поместье» навеки исчезает. Истинный рай всегда потерян. Не здесь ли разгадка того, что движет Эрнестом Ситоном? Интересно, сохранились ли в доме игрушки и всякие пустяковины, которые помогут проследить путь к тому, кем он стал?

Кэмпбелл вздрогнул, когда заверещал мобильник. Наверное, Эд Листер. Номер на дисплее незнакомый — код 941 покрывает добрый кусок юго-запада Флориды; значит, из Сарасоты и Вениса прорываются кредиторы. Помешкав, Кэмпбелл отключил телефон, отер взмокший лоб и побрел обратно.