– Я не в силах тебя остановить, могу только дать совет. И хотя я бы не хотела, чтобы ты отправился на встречу с Танатосом, обещаю, что когда ты вернешься в замок Доннерджек, я буду тебя ждать.

Браслет долго молчал, обдумывая ответ. Наконец фиолетовое сияние исчезло.

– Я не могу тебе помешать, не прибегнув к действиям, которые только осложнят ситуацию. И потому возражать больше не стану.

– Ты будешь давать мне советы?

– Да.

– Хорошо. – Джей повернулся к Дьюби:

– Пойдешь со мной или предпочитаешь, чтобы я попытался вернуть тебя в Веритэ?

Дьюби фыркнула, и в ее глазах появилось озорное веселье, которого Джей не видел с тех пор, как обезьянка сбежала от Танатоса.

– Конечно, я с тобой, Джей. Всяко лучше, чем сидеть под кроватью и ждать приближения муара.

– Вот и отлично. – Джей зашагал вверх по склону. – Я скажу Дэку, что решил предпринять виртуальную прогулку, а границу пересеку в районе Большой Сцены. Мне не хочется привлекать внимание Танатоса к сверхъестественному царству.

Они поднялись по склону и оказались среди скопления высоких, выстроившихся длинными рядами камней. И хотя до солнцестояния было далеко, камни вдруг начали двигаться, словно им отдала приказ могущественная сила – природная или живущая в сказаниях.

* * *

Высоко на Меру Небопа тихонько мурлыкал себе под нос. Обеспокоенный Морепа прислушивался к пению, и ему вдруг показалось, что звуки песни пронизаны каким‑то особым ликующим ритмом. Он взглянул на Терраму, но она погрузилась в медитацию, лучше ее не отвлекать. Стоит заговорить, и певец сразу догадается о настроении Небопы.

Прикусив нижнюю губу и с трудом скрывая раздражение, он позволил себе принять одно из своих многочисленных воплощений. Клерк, изучающий и приводящий в порядок данные одного из подразделений виртуального рынка ценных бумаг (роль акций и ценных бумаг играли яблоки и груши самых разных цветов), удивленно заморгал, потому что все данные показались ему вполне осмысленными. Затем он увидел общие тенденции изменения мировой экономики и, если бы был в состоянии вспомнить свое предвидение, мог бы заработать огромное состояние, сделав несколько выгодных покупок. Однако все растаяло, а клерк остался сортировать невероятно яркие фрукты по разным корзинкам.

* * *

Рис Джордан сидел, опустив ноги в любимый пруд Калтрис, и ощущал, как минога тихонько покусывает его за большой палец. На одно короткое мгновение он снова стал мальчишкой, совсем юным и беззаботным. Затем это чувство пропало, напомнив ему в очередной раз, что его смертное тело находится в Веритэ в Центре медицинского искусства и ему предстоит подвергнуться очередной эзотерической процедуре. Вмешательство Института Доннерджека в судьбу Джордана прибавило почти двадцать лет к его и так довольно долгой жизни, но Рис испытывал ярость и отчаянье от того, что, похоже, на сей раз ему придется покинуть царство смертных. Черт побери, он готов сделать все – все, что угодно, если кто‑нибудь пообещает еще хотя бы чуть‑чуть продлить его жизнь.

* * *

Бен Квинан прислонился к стене внутри наутилуса, разделенного на маленькие помещения, и докладывал о том, что происходило в последнее время в стенах Церкви Элиш. В глубине его сознания поселилась мысль, что, возможно, он ошибся в выборе союзника. Похоже, Морепа нервничает и ведет себя необъяснимо придирчиво.

* * *

На белом деревянном заборе, окружавшем домик, что стоял на холодном скалистом берегу, висела табличка: «Не беспокоить». Голубь заглянул в окно и увидел, как человек со шрамом, идущим от самой макушки до пятки левой ноги, настраивает машину из платины и хрусталя.

* * *

По архиву «Нью‑Йорк таймс» и дочерних газет пронесся влажный, несущий за собой аромат моря ветер – пролистал папки, выхватил отдельные истории, расставил их в другом, очень необычном порядке.