– Эй, сгружайте с платформ оборудование. Рабочие останавливались в нерешительности у платформ с массивными машинами, которые сгрузить вручную казалось невозможным.

– Кто-то из вас прежде работал на этих машинах? – громко спросил Рурк.

– Я, – выступив вперед, ответил один из рабочих.

– Как твое имя? – спросил Рурк.

– Томми О'Шонесси, сэр. Рурк пожал человеку руку:

– О'Шонесси, я не буду тратить время на долгое вступление. Мое имя – Рурк Стюарт, я президент «Стюарт энтерпрайзес». В ловушке под этой горой находится мой друг, я предлагаю вам тысячу долларов, чтобы вы завели эту машину и начали земляные работы.

Тысяча долларов была больше того, что О'Шонесси зарабатывал за год.

– Считайте, что я это уже сделал, но я делаю это не для денег. У меня под этой горой тоже есть друзья.

Он повернулся к другим рабочим:

– Не бойтесь, дети Ирландии, сейчас мы заведем эту железяку.

Рурк с улыбкой хлопнул его по плечу:

– О'Шонесси, ты сейчас заработал пост управляющего в «Стюарт энтерпрайзес», который можешь занять в любой момент, как пожелаешь.

И, засучив рукава, Рурк присоединился к группе, которая начала сгружать с платформы массивный паровой трактор и паровые бурильные агрегаты.

Вдруг кто-то выкрикнул его имя. Он поднял голову и увидел бегущую к нему Роури. Она упала ему на руки.

– О Рурк!

Некоторое время Рурк обнимал ее, стараясь успокоить, затем приподнял ее голову за подбородок, чтобы встретиться глазами с тревожным взглядом.

– Мы выручим его, Роури, – твердо пообещал он, поцеловал в щеку и передал ее в протянутые руки Анжелы.

Женщины, обнявшись, залились слезами.

– О, я так рада, что вы здесь! – воскликнула Роури. В том ужасе, который она переживала, появление лучших друзей Томаса было для нее лучом надежды.

Спустившись с подножки поезда, Кэтлин Рафферти стала с тревогой вглядываться в лица – она искала Кина. Увидев знакомую фигуру в кожаной куртке, Кэтлин на мгновение закрыла глаза, чтобы возблагодарить Бога за его доброту.

Открыв глаза, она увидела, что Кин смотрит на нее. Он быстро подошел к ней.

– Тебе не следовало приезжать сюда. Это место не для тебя, Кэтлин.

– Я должна была убедиться, что с тобой все в порядке, – ответила она.

И Кэтлин, и Кин принадлежали к числу людей, которые живут собственной жизнью, не посвящая в нее других. Это выработало в них привычку скрывать свои чувства. Но сейчас Кэтлин почувствовала такое облегчение, что, не обращая внимания на окружающих, обняла Кина и прижалась к его груди.

В эту минуту еще были неясны судьбы множества людей, но она отдавалась чувству своего безбрежного счастья.

Подняв голову, Кэтлин посмотрела в столь дорогое лицо сквозь слезы. И, глядя на ее радость, даже Кин забыл, что в эту минуту встречи они не одни.

– Надо запустить пару буровых агрегатов и начать прокладывать параллельные шахты, – приказал Рурк. Потом показал на вершину горы. – Начать работу нужно оттуда.

– Ты рехнулся, парень. Это скала. Через нее не пробьешься и за несколько дней, – с усмешкой заметил один из железнодорожников. – Мы просто потеряем зря время. Никто не выйдет оттуда живым. – И он, бросив лопату, направился прочь.

Рурк догнал его и, схватив за плечо, с силой развернул так, что человек едва устоял на ногах.

– Черт побери, у нас есть специальное бурильное оборудование. Оно способно проходить шесть футов скальной породы меньше чем за два часа.