— Ничего. Мы ребенка сегодня крестили. Сына Лири, я тебе говорила…

— А… - Пита с аппетитом поедал креветок.

— А ты как тут? Читал?

— Кинушку смотрел.

— А чего не с экрана?

Пита пожал плечами.

— Да сам не знаю.

— А какая кинушка-то?

— "Сексокибер". Ты знаешь, наверное…

— Не-ет, - протянула Ильгет, - комедия?

— Ну да, эротическая, - подтвердил Пита.

— Интересно?

— Да ничего так. Посмотри, тебе не помешает.

— Хорошо, - согласилась Ильгет. И вдруг вспомнила о своей Радости, и уж этой-то радостью обязательно нужно было поделиться с Питой.

— Слушай, Пита… ведь мы теперь можем завести ребенка!

— Хм… а ты что - уже? - он оценивающе посмотрел на нее.

— Да нет, конечно… Но я еще и не лечилась, у меня же никого не было, зачем вообще об этом думать. Хотя ты знаешь, гормональные функции у меня все уже восстановлены. Но там, наверное, спайки и все такое, надо точно узнать у Мирана. Ты знаешь, на Квирине же все возможно! В самом крайнем случае они возьмут у меня яйцеклетку, у тебя сперму, и вырастят ребенка в искусственной матке. Ну, это если уже совсем ничего не получится… Но я думаю, что это все теперь возможно. Что ты насчет этого думаешь?

— Не знаю, - сказал Пита с сомнением, - мы еще тут не обжились. Даже ты еще минимум не сдала. Вот перестанут нам пособие платить…

— Да брось, - отмахнулась Ильгет, - не перестанут. Мне приличную премию выплатили, и думаешь Дэцин меня так запросто отпустит из Дозорной Службы? Я все равно буду служить, а значит, и деньги будут. И потом, на ребенка тоже ведь платят пособие, причем столько, что на него и жить можно. Тут это не проблема, поверь…

Пита пожал плечами неуверенно.

— Не знаю. Хотя тебе виднее, конечно… ну если хочешь, сходи к врачу, обследуйся. Ты ведь уже лечилась на Ярне.

А может, и правда, не нужен ребенок, подумала Ильгет. Радость погасла. В самом деле - зачем? Пита смотрел на это без всякого энтузиазма. Как странно - ведь он хотел завести Мари, сам предложил, а после ее смерти потерял всякий интерес к потомству.

Ильгет вспомнила Данга, как он бережно держал малыша на здоровой левой руке (левой он пока действовал более уверенно), как его глаза светились, и рядом - такая же счастливая, почти не верящая в свое счастье Лири (да и правда - чуть-чуть дэггер промахнулся, и не окажись еще рядом Ильгет, и не было бы ничего этого, а разве это первая такая ситуация для них…) Вот для Данга это счастье, а для Питы… ну что это для Питы?

Ему не нужен ребенок.

А так ли нужен он Ильгет? Материнский инстинкт… но это же только инстинкт. Данг и Лири - ну это их дело. Почему нужно брать пример с других?

Интересно, а почему Пита все-таки так?

Действительно, он чувствует себя здесь неуверенно. Может, еще и вину свою ощущает… неполноценным себя считает. Хотя не похоже. Кто его поймет… Во всяком случае, понять это можно, он сейчас сам нуждается в опеке и помощи, ему не до ребенка.

— Пита, давай я поговорю с Сантой… ты, правда, не эммендар, но по-моему, восстановить психику тебе бы не помешало. Ну поверь, ты сразу почувствуешь себя другим человеком!

— О Господи, Иль, да отстань ты от меня с этой ерундой! - Пита отодвинул тарелку, Ильгет тут же с готовностью налила ему чаю, - я совершенно нормален, здоров, ну с чем я пойду к этой твоей Санте?

— Да я же не говорю, что ты болен! Но тебе станет легче, правда… и тебе же надо как-то обживаться здесь.

Ильгет умолкла, глядя в свою чашку.