Вскоре вернулись килийцы, ушедшие в погоню. Всего выжило двенадцать человек, не так уж мало. Искэйро был жив, только зажимал рукой колотую рану в плече. И Дарваг остался в живых.

Не так уж мало, если учесть, что из дэсков ни один не вернется назад. Арнис сказал сквозь зубы.

— Там… за камнями, двое лежат. Убейте их.

Сразу двое килийцев рванулись добивать лежащих.

Ильгет лежала без сознания. Дротик скользнул по ребру, и это спасло ее, по-видимому, наконечник мог бы попасть в сердце, но соскользнул, сломав ребро и застряв где-то в в почке, в кишках, может, и в селезенке, кто его знает. Ужасно, что наконечники эти взрываются, в них заложена толика пороха, совсем недавнее достижение военной науки Визара, может быть, все внутренности уже разворотило. Кровотечение было умеренное, хоть это радовало… Наружное. А что внутри? Арнис стащил с Ильгет куртку, вокруг древка пришлось вырезать дырку кинжалом. Господи, что же делать?

— Дротик надо вынуть, - негромко посоветовал пожилой килиец, звали его Рин и был он, вроде бы, лекарем.

— А кровь не пойдет? - засомневался Арнис. Килиец покачал головой. Грязной окровавленной лапищей он взялся за хрупкое плечо Ильгет, и второй рукой - за древко, и рванул… Кровь выплеснулась толчком, но тут же поутихла и потекла тихонько, как и раньше. Рин протянул Арнису чистый свернутый полотняный лоскут.

— Подними ее.

Арнис приподнял Ильгет и держал ее на весу, Рин умело и быстро забинтовал рану. Повязка пока не пропитывалась кровью, и то слава Богу. Насколько велики разрушения внутри? Как и Арнису, видимо, наносистему ей удалили - иначе было бы невозможно попасть на фабрику. Значит, само по себе ничего не пройдет, надо скорее к своим. Господи, что же делать-то… ни лекарств, ни даже повязок - ничего ведь нет. И когда мы окажемся у своих - неизвестно. Нет связи. Нет нормального оружия. Арнис завернул Ильгет в рваную куртку, осторожно положил на бок. Искэйро, которого тем временем тоже перевязали, подошел к нему.

— Ар-нис, - произнес он осторожно, - это твоя жена?

— Это… женщина моего племени, - объяснил Арнис, - я не могу ее здесь оставить.

— Что мы будем делать, Арнис?

Черные внимательные глаза килийца смотрели на него. Вождь ждал ответа Арниса. Его решения.

— Искэйро, вы уходите тем же путем, что и другие. Идите за ними. Вы сможете их догнать, а если нет, идите к морю и возвращайтесь к себе, на Лайону.

— Что будет с тобой, Арнис? И с женщиной твоего племени?

— Мое племя недалеко отсюда, - сказал Арнис, - мне не нужно идти с вами. Я должен найти своих. Женщину я возьму с собой. Я смогу ее донести.

Искэйро склонил голову, помолчал в знак уважения. Потом сказал.

— Ар-нис, ты возьмешь столько еды, сколько сможешь унести. Здесь должно быть много воды.

— Спасибо, Искэйро, - Арнис поднялся на ноги, - и уходите скорее. Они могут снова прислать уйгаран. Я тоже пойду.

Искэйро положил руку ему на плечо и смотрел в глаза. Так же сделал и Арнис, коснувшись здорового плеча килийца. Он внимательно смотрел в черные глаза друга, с которым год провел в настоящем аду, с которым сражался рядом, который в любую минуту был готов отдать за него жизнь… и осознавал, что Искэйро он больше никогда не увидит.

Килиец неловко убрал свою руку, повернулся и, крикнув на своем языке команду, собрал бойцов. Арнис присел рядом с Ильгет - силы, кажется, совсем оставили его - и молча смотрел, как один за другим, охотничьей цепочкой, нагруженные скарбом и оружием килийцы исчезают в просвете меж скал.