За соседним столом накачивалась венгерским компания шляхтичей, которые говорили так громко, что мы слышали каждое слово. Они с нетерпением ждали прихода какого-то пана Кульчиковского.

    – Чем столь знаменит этот пан? – спросил шляхтич – молодой крепкий юноша.

    – Ты не знаешь адвоката Кульчиковского? – поразился один из его собутыльников.

    – Брось, Стась, откуда ему знать нашу знаменитость. Пан Кульчиковский прославился в те дни, когда наш юный друг, ещё спал в колыбельке, а не в постели панны Аннуси. Шляхтичи засмеялись.

    – Позвольте ясновельможные, – привстал юноша. – Коль скоро придёт сей знаменитый муж, а я ничего не знаю о причинах, сделавших его столь известной персоной, может, снизойдёте к моему возрасту и расскажите, чем столь славен пан Кульчиковский. Может, он лучший в окрестностях фехтовальщик, самый меткий стрелок или удачливый охотник?

    – Трижды выстрелил и всё мимо, пан Миколай! Наш Кульчиковский если фехтует, то ножиком для зачистки перьев, если стреляет, то только бутылочной пробкой, а уж каков из него охотник, лучше не вспоминать.

    – Так от чего же столь великая слава?

    – О, то была дивная история. Произошла она во время войны со шведами, когда наш Август II сцепился с их Карлом XII. Приехал как-то раз по своим делам круль Август в наши края, да устав от забот, решил выпить. А что за радость осушать чашу в одиночестве?! Вот и решил найти себе достойного собутыльника, самого опытного и сильного по этой части. Привела к нему шляхта адвоката Кульчиковского. Круль у нас был высокий, плечистый да здоровый, а адвокат – хиленький, бледненький, сморчок-сморчком. Ну да вы скоро сами его увидите. Осерчал Август, велел гнать прочь обманщика, однако Кульчиковский попросил, чтобы круль на него не гневался, а дал только высочайшее изволение осушить за его честь кубок.

    – Осилишь ли гарнец венгерского? – спросил Август.

    – Отчего ж только один, а не три, государь? – отвечал шляхтич.

    Удивился круль, велел поднести законоведу свой любимый кубок, в который вмещалась целая кварта, налил в него вина до самых краёв и велел выпить. Шляхтич низко поклонился и выпил до дна кубок, не переводя духа.

    – Недурно, – заметил круль. – А сколько ж таких кубков ты можешь выпить?

    – Прошу, ваше величество, чтобы вы оказали мне честь пить вместе со мной, и на каждый употреблённый вами кубок я буду выпивать по три таких: один в ответ моему государю, другой – за его здоровье, третий – в честь победы над шведами.

    – Чем всё закончилось? – не удержался от вопроса пан Миколай.

    – Да тем, – отвечал рассказчик, – что стали они пить вместе за одним столом, и на каждый кубок круля пан Кульчиковский отвечал тремя. К ночи Август не выдержал, лёг на стол и захрапел, а адвокат, чтобы не разбудить спавшего государя, тихонько вышел из столовой, вылил на себя возле колодца холодной воды, да пошёл домой на своих двоих, будто и не пил ничего.

    – Это правда?! – не поверил пан Миколай.

    – Чистая правда, – крестясь, заверил рассказчик. – А тебе сейчас появится возможность её проверить. Смотри, вот идёт пан Кульчиковский.

    К шляхтичам подошёл тщедушный сухонький господин в чёрном камзоле. На легендарного выпивоху он походил так же, как я на Филиппа Киркорова.