- Нет. - Опять же все наше общение сводилось к разговорам о погоде, об их детях, или что им больше или меньше нравилось. Я никогда никому не рассказывала столько о своей сестре или о своих отношениях, или о чем-то... настолько личном. В общем, дурой я была. Идиоткой, которой следовало понимать, как нужно себя вести. Я вздохнула. И этот означал куда больше, чем мне бы хотелось.

   - Кто знает, может он больше и не напишет. Он же не обязан.

   Потому что он ничего мне не должен. Ничего.

   Я заметила, как мои сестры переглянулись. Они не думали, что он еще мне напишет. А возможно они просто видели меня насквозь. Честно говоря, я бы предпочла не знать.

   Если я чему-то и научилась за последние несколько лет, так это тому, что только потому, что ты о ком-то заботился, и только потому, что они сделали вид, что они тоже о тебе заботятся, на самом деле ничего не значило на исходе дня.

   Я постараюсь брать то, что мне предлагают и радоваться этому.

       Глава 13

   ИЮНЬ

       Работа как раз была в самом разгаре (я резала ткань), как пропищал телефон. Я кроила ткань для очередных бандан и занималась этим уже в течение часа. Под руками у меня лежала ткань, которую я собиралась использовать для изнаночной стороны. Я никогда не привыкну к тому, насколько такие, казалось бы, мелочи, могут взбудоражить мою жизнь, заставить меня нервничать, но скоро я увижу конечный результат... и это не может не вызвать улыбку, и путь это всего лишь собачьи банданы, но это мои собачьи банданы. И только мои.

   Я не стала отвлекаться на телефон. Мои знакомые все знали, что после шести я обычно работаю. Если это было что-то важное, то перезвонят. Не прошло и получаса, как я закончила раскраивать вторую ткань, разрезав ее на большие треугольники. Поэтому я посмотрела на экран сотового.

   А потом я увидела это:

   АХОЛЛ80 ПРИСЛАЛ ВАМ СООБЩЕНИЕ

   У меня ёкнуло сердце.

   После чего, мне показалось, что оно до этого молчало годами.

   Прошло две недели с тех пор, как я поставила Скайп на сотовый, а на компе Скайп был установлен тысячу лет назад. Две недели, в течение которых я старалась не думать об этом человеке, с которым меня свел Фонд. Четырнадцать ночей, в течение которых я лежала в постели и ломала голову над чертовыми Х и О. Хотя больше я, конечно, думала о нем, как он добрался до дома и боялась пропустить от него сообщение.

   Я часто ляпала что-то не подумав, но последний мой подвиг - вершина моей карьеры. Вряд ли кому-то удастся меня переплюнуть.

   Зная свою удачу, я понимаю, что сглазила себя, просто думая об этом, поэтому засунула эту возможность на задворки сознания.

   Мне нужно было подумать о более важных вещах. Как об Аароне и его сообщениях, которое он собирался якобы мне отправить. После того, как я последняя дура отправила ему обнимашки да поцелуйчики.

   После разговора с сестрами, я подумала, а может я слишком сильно парюсь по этому поводу. Может он даже это не читал. А если и прочел, то не понял, что я уже готова рожать от него детей или что тайно влюблена в него и играю в крутышку. Я велела себе не зависать над этим. Подумаешь, ну ничего не слышно от него которую неделю. Мне доводилось слышать, что солдатам приходится сталкиваться с длительными задержками рейсов. Я уговаривала себя, что со мной будет все в порядке, если я больше ничего не услышу от него.

   Но каждый раз, когда я думала о том, что никогда больше не услышу ничего от него, у меня немного болело сердце. Больше, чем немного. У меня было будто расстройство желудка, но при этом у меня не было расстройства желудка.

   Но я пойму, если он больше не напишет мне.