– Каковы предположительные масштабы гулянки?

– Торжественный ужин в смокингах, – усмехнулась Валери. – Не беспокойся, мы попросим Джен принести тот смокинг, который использовали на съемках.

– Я не о смокинге беспокоюсь. Почему ты не предупредила меня заранее?

Валери задержалась в дверях.

– По-моему, я пыталась. Ты читал книги Эрика?

– Разумеется, – кивнул Джек. Пролистать, прочитать – невелика разница. – А что?

– Прием начнется в восемь. Давай встретимся у меня за ужином, скажем, в шесть тридцать.

Джек попытался представить, как будет изображать парня с обложки – публично. Лично, крупным планом. Перед другими людьми. Перед большим числом людей.

– Ужин? – тупо переспросил он.

– Да. Нам нужно время, чтобы все обговорить и разработать план. У меня уже есть несколько идей.

– Кто бы сомневался, – пробормотал Джек, заслужив неодобрительный взгляд. Но он ничего не заметил, борясь с приступом паники. – Эрик там будет? Я имею в виду, можно пригласить его в качестве гостя или как-нибудь еще?

– Я об этом позаботилась.

– Он знал обо всем? Почему он мне не сказал? Впрочем, не важно. – Джек устало махнул рукой. Эрик был готов заключить в объятия весь мир – и черт знает кого еще, яростно наслаждаясь недавно обретенной свободой.

Молодой человек привел нервы в порядок. В конце концов, он сам бесился из-за того, что Валери так и не поверила до конца в его способности, верно? Ладно, дружок, это твой шанс показать ей, чего ты стоишь.

—Договорились, – заявил он, силясь изобразить беззаботную ухмылку. – Шесть тридцать. Четверг. Я приду.

Валери понимающе улыбнулась:

– Ты хочешь, чтобы я уладила вопрос со смокингом?

– Нет. Я сам справлюсь.

– Только постарайся сделать это сегодня вечером или завтра. До четверга ты даже носу не должен высовывать из квартиры. Я пришлю за тобой машину, поэтому ни о чем не беспокойся. Не снимай трубку, если только это не я или Эрик, и уж точно никому не открывай двери.

– Зачем ты мне все это говоришь? – Джек больше не пытался скрыть беспокойство.

– Ты хоть понимаешь, что намечается?

– Когда я вижу выражение твоего лица, у меня пропадает всякое желание это знать. Тебе действительно нравится меня мучить? Что я тебе сделал плохого? Всего десять минут назад ты говорила, что благодарна мне за помощь.

– Я по-прежнему тебе благодарна. Извини. Я снова должна просить у тебя прощения. Я не понимаю, почему все время провоцирую тебя. Это выходит как-то само собой. Но у меня сложилось такое впечатление, что ты привык быть главным. И я ничего не могу с собой поделать. Я всего лишь человек. И женщина. А женщинам нравится ставить в неловкое положение мужчин, привыкших быть главными. – Валери распахнула дверь, потрогала замок. – Запрись. Если тебе что-нибудь понадобится, звони.

И ушла.

Джек опустился на высокий стул, стоявший рядом со стойкой. Он избегал смотреть на журнал, на свое собственное лицо, красовавшееся на обложке. В этом было что-то противоестественное. Ни один человек не должен видеть себя в таком виде.

Итак, что он будет делать с этим поцелуем? Гораздо проще думать об этом, чем о том, что его ждет через сорок восемь часов. Валери делала вид, что ничего не произошло. Ему следует поступить так же. Он должен сосредоточиться на вечеринке, на выходе журнала, а не на том, как раздеть Валери.

Вот, опять. Он должен. У него всегда были нелады с этим словом.

Глава 8

РИСКОВАННОЕ ПРЕДПРИЯТИЕ

Мужчина никогда не воспринимает бизнес исключительно как бизнес, особенно если его деловым партнером является женщина.