Когда мы подъезжали к тому участку обгоревшего шоссе, где останавливались днём, справа я увидел один из полузатопленных карьеров. Его когда-то тоже рекультивировали, но теперь лесопосадки выгорели начисто. Поэтому хорошо было видно воду. И она будто светилась изнутри призрачным сине-зелёным светом.

— Тормозни, — тихо попросил я Рубина.

Он остановил машину и спросил:

— Заметил что-то?

— Угу, — кивнул я, открывая дверцу и надевая первый комплект бахил.

Я вышел наружу. Сквозь противогаз-маску запахов было неслышно, но тёплый ветерок, обдувающий разгорячённую кожу, был влажным. Из-за этого казалось, что пахнет болотом и водорослями.

Я подошёл к обрывистому берегу бывшего карьера и глянул вниз. Там, в глубине прозрачной воды, светились силуэты трёх больших гусеничных машин с бульдозерными ковшами. От обычных бульдозеров их отличало отсутствие кабины оператора.

Рубин терпеливо дожидался у машины, внимательно глядя по сторонам. Когда я вернулся, он спросил:

— Ну что там?

— Техника, — ответил я. — Что-то вроде бульдозеров. Похоже, её использовали для расчистки радиоактивных завалов, в очень грязном месте. Возможно, сразу после взрыва.

— Какой фон?

— Не знаю, не мерял, но очень много, — ответил я, после чего пояснил: — Там озеро на дне карьера. Техника светится под водой.

Рубин присвистнул.

— Если так, машинисты нежильцы, — заметил он.

— Они, похоже, автоматические, — сказал я. — Кабин нет. Но не представляю, как при таком уровне заражения ими управляли.

— Экранированная электроника внутри, — предположил он. — Полностью автономная, на основе нейросетей. Дорогая штука, но я слышал про такие разработки.

— Возможно, — кивнул я.

— Думаешь, их использовали при строительстве базы?

— Нелогично, — я пожал плечами. — Зачем тратить такие ресурсы, когда можно было подождать немного, или же выбрать другое место… и непонятно вообще, как их сюда доставили.

— Ннда, всё страньше и страньше… — вздохнул Рубин.

И мы поехали дальше.

Глава 18

Красная зона сама по себе — отличный периметр безопасности. Не удивительно, что тут было не так уж много средств слежения и контроля: несколько автоматизированных станций, не слишком эффективных, зато защищённых от радиации. Я когда-то слышал про такие от коллег, ещё во время службы. Обойти их труда не составило. Но всё равно мы оставались начеку, судя по масштабам объекта, впереди могли быть неприятные сюрпризы.

Мы подошли к чёрно-белой горе по уступу бывшего карьера. Справа от нас блестела в лунном свете чёрная вода. В ней ничего не светилось, и это меня, честно говоря, радовало.

Пока шли, на склоне горы пару раз видели короткие красные вспышки. Об их происхождении оставалось только гадать: сигнальная система? Проходы? Проверки освещения? Для того, чтобы выяснить это, нужно было подобраться ещё ближе.

Поверхность земли медленно охлаждалась, зато вышла ущербная Луна и залила всё вокруг своим призрачным светом, из-за чего местность стала похожа на поверхность другой планеты.

И всё же Рубин не стал снимать «теплак». Благодаря чему первым заметил кое-что любопытное у подножия горы. Он поднял вверх руку и молча указал в том направлении.

Приглядевшись, я увидел несколько тёмных решётчатых объектов прямоугольной формы. Внутри каждого находилось по светлому пятну неправильно формы.

Замедлившись и стараясь ступать совершенно бесшумно, мы приблизились. Теперь я услышал звуки: сопение, смешанное с подскуливанием и подвыванием.

Рубин замер, снял перчатку с правой руки и поднял её над головой.