Я ожидал, что в любой момент из горы выбегут штурмовики, расстреливая хрупкий аппарат из автоматов, лишая нас последней надежды на спасение…

И они действительно выбежали и начали стрелять. Уже тогда, когда мы были в воздухе. Я видел внизу, среди стелящегося по склонам тумана, вспышки автоматных очередей.

— Компас открой на телефоне… — сказал Рубин.

Теперь его голос звучал куда слабее.

— Ты как? — спросил я, доставая смартфон и корректируя направление.

Восходящее Солнце теперь светило прямо в глаза, приходилось щуриться.

— Время есть… — уклончиво ответил Рубин. — Куда летим-то? Есть план?

— В Сасово есть уцелевшая больница, — ответил я. — Специально смотрел до выезда. Вот, пригодилось…

— Хорошо… — вздохнул Рубин, после чего добавил: — Узнал чего-нибудь полезного?

— Они что-то готовят, — ответил я. — Какой-то запуск. Кажется, это как-то связано с нашей миссией, с аэродромом.

— Запуск? Когда? Ты слышал?

— Да вроде чуть ли не завтра, — ответил я.

— Завтра?

Тон, которым Рубин произнёс это слово, заставил меня обернуться, пускай и в кабине планёра сделать это было достаточно сложно.

Он глядел на меня чуть затуманенным от боли, но вполне осознанным взглядом. Если бы я его не знал, то решил бы, что он напуган.

— Тор… — сказал он. — Надо лететь в Жуковский…

Я ничего не ответил, даже не думая корректировать курс.

— Тор, ты не понимаешь… — продолжал Рубин.

— Не понимаю, — согласился я, наблюдая за тем, как движется указатель горючего. До обидного быстро. — Мне нужна помощь. Как восходящие потоки находить? По облакам?

Я оглядел горизонт. Как назло, ни одного облачка…

— Нам надо в Жуковский… любой ценой…

— Ты умрёшь. Ты понимаешь это?

— Значит, ты сам справишься, — ответил Рубин.

Я глядел в нежно-голубое рассветное небо, до боли стискивая зубы.

Глава 20

Я рассуждал просто: у Рубина оставалось часов пять жизни, максимум. Может, и того меньше. Это если не доставить его в медицинское учреждение. А до завтрашнего «запуска» непонятно чего и зачем — сутки. Пускай даже чуть меньше, двадцать часов до ровного счёта. Двадцать ведь больше пяти, верно?

Так что нужно заниматься вопросами по степени их срочности.

Приняв решение, я продолжал набирать высоту, двигаясь вдоль естественного ориентира — Москва-реки. За остатками Коломны она впадает в Оку, которая доведёт меня до Рязани и дальше. Хорошо, что есть реки. Иначе мне, неопытному штурману, пришлось бы реально тяжело.

— Тор, ты что творишь? — спросил Рубин. Судя по всему, напарнику моё решение не понравилось.

— Везу тебя в больницу, — бодро ответил я. — Ты, кстати, помогать обещал, помнишь?

— Нет, Тор, нет… не делай глупостей. Ты должен лететь в Жуковский…

Чувствовалось, что разговоры даются ему не просто.

— Успеется, — возразил я.

— Ты не представляешь себе…

— Так расскажи мне, — предложил я.

Последовала долгая пауза, в течение которой я пытался вычислить, насколько хватит горючего в баках. Мы набрали около полутора тысяч метров, и выше двух я забираться не намеревался: для Рубина это не слишком полезно, в его состоянии. Значит, скоро нужно будет движки выключить, после чего искать восходящие потоки.

— Не могу… — наконец, ответил Тор. — Но это очень важно, поверь.

— Верю, что тебе так сейчас кажется, — ответил я.