— Согласен, местные пострадать могут…. — Рубин осёкся и встревоженно добавил: — У тебя кровь!

Я взглянул на раненую руку. Повязка чуть съехала и по предплечью сочился тонкий ручеёк крови.

— Блин! — с раздражением заметил я.

К счастью, вместе с медикаментами я захватил перевязочный материал. Размотав остатки старой повязки, я обнаружил, что кожа немного разошлась у основания шва, но сами стежки были целы. Так что, обработав заново рану, накрыл её тампоном и чуть туже стянул бинтом. Через несколько часов можно будет ослабить повязку, вот только руку следовало оставить в покое.

— Давай я за руль, — предложил Рубин.

— Да нормально, тут автомат же, одной рукой справлюсь, — возразил я.

— Упрямый.

— Кто бы говорил!

Километров через десять дорога испортилась: плохонький асфальт сменился грунтовой колеёй. Хорошо хоть погода стояла сухая, иначе не уверен, что даже «Паджерик» бы справился.

Я вспомнил про смарфон. Потом проверил прикуриватель в машине. Так и есть: гнездо было занято «затычкой», из которой торчало два провода. Один из них подошёл к моему аппарату. Через несколько минут аппарат включился, и я загрузил карту, по памяти сверяясь с пройденным маршрутом.

Если я сориентировался правильно, через тридцать километров просёлок должен был влиться в асфальтированную дорогу.

Двигались медленно. Я старался, чтобы резких рывков не было. Рубин вроде бы держался нормально. Повязка на его груди оставалась чистой, что не могло не радовать.

Когда опустились сумерки, я остановился на обочине.

— Ночуем, — сказал я. — Не хочу фары включать.

— Добро, — кивнул Рубин.

— Сейчас капельницу поставим.

— Тебе-то назначили что-то? — спросил напарник.

— Да, то же самое. Но мне можно уколом.

Чтобы безопасно проделать все необходимые манипуляции, пришлось включить свет в салоне. Перед тем, как сделать это, я натянул в оконном проёме свою майку — другой защиты от комарья у нас не было, а без свежего воздуха никак. Не оставлять же, в самом деле, движок молотить на всю ночь? Хоть горючего и должно было хватить до Мурома, таже в таком медленном темпе, его запас никогда не бывает лишним.

С капельницей всё оказалось просто: Рубин не стал доставать катетер из вены, лишь закрыл его повязкой.

— Жрать хочется… — сказал напарник, наблюдая за капельницей.

Я поднялся и потянулся к бардачку. Улов оказался удачным: пакет крекеров и бутылка воды.

— Запасливые ребята, — констатировал я.

— Были, — добавил Рубин.

— Да. К счастью, были…

Какое-то время сидели молча, наблюдая за темнеющим лесом. В закатном небе мелькнул яркий метеор.

— Ох ты! — улыбнулся Рубин.

— Успел? — спросил я. — Желание загадать?

— Успел! — кивнул он, — а ты?

— Нет, — признался я.

— Ничего. Если моё сбудется — тебе тоже будет хорошо, — подмигнул напарник.

— Слушай, как тебя в лётчики занесло, а? — спросил я. — Вроде уже не модно было…

— Как-как… обычно. С детства хотел.

— А на операцию как решился? Блин, вот честно — даже представить себе не могу, чтобы я сам…

— Тебе и это рассказали?

— Я же говорю — всё. Шеф очень откровенным был.

— Будто предчувствовал свою гибель…

— Да брось, с чего бы? Он бы выжил если бы не… — я осёкся. Потом вздохнул и добавил: — хотя, наверно, ты прав.