Выходит, думала она, Катерину все-таки тревожит, что не нашла своего человека. Она пыталась назначить им Игоря. Что ж, может быть, он сыграл бы эту роль, если бы не семейный слом.

Ксения Демьяновна слушала, как с рассветом менялись звуки. В деревне, потом под окном. Гремели фляги — привезли с фермы молоко. Потом запахло хлебом — пекли булочки к завтраку. А когда совсем рассвело, Ксения поняла, что должна сделать.

Не-ет, у нее с мозгами все в полном порядке, даже, может быть, в гораздо большем, чем у тех, кто считает себя абсолютно здоровым. Сенильные бляшки, говорите, доктор? Это они тормозят разум? Может, и тормозят, у кого ума мало.

А если это так, не пора ли кое-кого потревожить? У кого с умом тоже все в порядке? А уж в сообразительности, хитрости, ловкости равных поискать и не скоро найдешь. Кроме нее, конечно.

Ксения Демьяновна улыбнулась, вспоминая о прошлом лете. Конечно, решение пришло не спонтанно, не в тот момент, когда она спустила ноги с кровати, взяла мобильник из тумбочки и вышла из Дома. Она обдумала все, до мелочей. Построила точный план, чтобы ее Вечный Друг ничего не упустил.

И он, похоже, все делает так, как надо.

Они давно не говорили, но, услышав ее голос, он не удивился.

— Привет, Вечный Друг.

— А я только что собирался набрать твой номер, — услышала Ксения Демьяновна. Усмехнулась. Черт лукавый. — Да не ухмыляйся, не надо.

— Я улыбаюсь. От удовольствия, — сказала она.

— Да неужели! — воскликнул он. — А вообще-то так и должна — сиять от радости. Что заброшенный тобой Вечный Друг все еще жив.

— Я на самом деле рада, — сказала Ксения Демьяновна. — Ты не мог не заметить, что я появляюсь всегда вовремя. Когда нужна тебе.

— Сама не знаешь, как вовремя и как нужна. — Он вздохнул. Голос то рокотал, то снижался до шепота, хотя слов сказано немного. Он всегда умел играть интонацией.

— Знаю, — отозвалась она.

— Ты помнишь, какая дата приближается? — спросил он. — Роковой рубеж, если говорить точно.

— Да, — сказала она. — Восемнадцать.

— Как мы поступим? — спросил он. По дыханию, точнее, по тому, что его не было слышно, она догадалась: насторожился.

— Как поступим? — повторила она.

— Кстати, ты где сейчас? — перебил он ее.

— Для данного события это не важно, — ответила Ксения, поигрывая чехлом от мобильника. На нем, как всегда, болтался крошечный веер. Вещица, которую можно принять за брелок. На самом деле это был мобильник для немедленной связи с Вечным Другом. Однажды он настоял, чтобы она взяла его.

— Ладно, — сказал он. — Главное, ты сама догадалась мне позвонить. Обнадеживает.

— Вообще-то я звоню тебе по другой причине. То есть в какой-то мере и по этой. Но главное — не она.

— Говори. Я сделаю все, ты знаешь.

— Нужен муж, — сказала Ксения Демьяновна ровным голосом.

— Давно готов, — быстро ответил он.

— Ты не годишься, — рассмеялась она.

— До сих пор? — Нарочито шумный вздох.

— Я не гожусь. И никогда не годилась на роль жены. По крайней мере твоей, мой Вечный Друг. Но если серьезно, ты можешь меня выслушать?

— А ты как думаешь?

— Думаю, — сказала она.

— Мы можем встретиться?

— Нет, — ответила она.