Изменить размер шрифта - +
 — Иллирика двоих не вывезет. По крайней мере, не меня с тобой.

— Иллирика — нет, — лучезарно улыбнулся Гаев. — А этот красавец — да. Верно? — и похлопал Гая по крупу. Черная скотина вытянула морду и лизнула астролога в ухо. Ни Ормузда себе, коняга даже с хозяйкой так не обращался!

Потом Гаев посмотрел куда-то за меня и спросил.

— Вы ведь тоже не возражаете, леди?

Я оглянулся. Вия стояла позади, сверля взглядом Гаева, и глаза у нее были — с такими на смертную казнь идут.

 

* * *

Когда мы уже садились на лошадей, я вдруг спохватился. Вчера днем у меня на поясе, с внутренней стороны, был пришит довольно-таки солидный кошель. Часть денег, правда, как водится, была в заначке в сапогах, част в седельных сумках… но с пояса деньги пропали!

Я снял пояс и тщательно осмотрел его. Может, оборвался где?… Конечно, все равно не найдешь, но…

Да не оборвался, а был аккуратно срезан!

— Это ищешь? — спросил Гаев, и показал мне мой же кошель. Издали.

— Ты! — «ты» было отнюдь не единственным словом, которое я сказал в его адрес, положа руку на сердце. — Какого…

— У тебя еще есть, — пожал плечами Гаев. — У меня — меньше. А я вас спас, так что все честно. И вообще, я потом верну.

Ну и вот что ответить на такую наглость?… Кинжал он мне в прошлый раз предложил вернуть. Кошель явно не предложит. Кстати, если дворянской чести Гаева не претит воровство — правда, покажите мне дворянина, которому в наше время это действительно претит! — то какого черта он меня в прошлый раз не обокрал?…

— В прошлый раз мне деньги были не нужны, — сказал вдруг астролог. — Точнее, нужны, но не так, как сейчас. Сейчас нужнее. Заработать-то в ближайшее время я не смогу как следует.

— Ты что, мысли читаешь?!

— Больно надо. Твои мысли у тебя на физиономии — саженными буквами.

— Саженными?

— Мера длины такая. Что-то вроде фарлонга.

 

Записки Астролога

 

Последний месяц смеялся в лицо — на нас опускалась осень. Мы ехали на юг, а осень все равно настигала — глубокой синевой небес, жарой, оставляющей на губах привкус скорого дождя… По-осеннему яркими звездами сквозь невнятно-серый дым от костра. Осень угадывалась по ранним закатам, желтым квадратам вызревшей пшеницы на полях, сытым стражникам на дорогах и довольным сборщикам налогов. Осень — сытое время.

Мне было хорошо. Я люблю эту странную пору, когда одно время года уходит, но еще не ушло, а другое не спешит прийти ему на смену…

Мне вообще было хорошо ехать с этими двумя. Тяжело прошел только первый день. Тогда Стара лихорадило, а он, естественно, не признавался, нахохлившись в седле этаким ястребом с подбитым крылом. Вия же со мной вообще не разговаривала, хоть мы и ехали на одной лошади. Ничего удивительного, конечно.

Мне удалось разговорить этих двоих только ближе к полудню.

— Кстати… — заметил я как ни в чем не бывало, но это «кстати» в гнетущей тишине прозвучало весьма сомнительно. — Стар, при тебе, вроде, была саламандра? Агни — так ее зовут?

— Была, — Стар аж поводья натянул, заставляя кобылу недовольно всхрапнуть и попятиться. Вия машинально тоже остановила своего черного жеребца. — Ты что-то о ней знаешь?!

Меня ничуть не удивила ярость, на мгновение отразившаяся на его лице — людям не по нутру, когда угрожают даже их домашним любимцам, а дураку было ясно, что ручная саламандра — гораздо больше, чем любимец.

Быстрый переход