Хоть Хельга сильно сутулилась, шагала она широко и твердо. Даже удивительно. Чем-то сумасшедшая напомнила мне тетю Ванессу.

На старое пастбище пришлось взбираться по довольно крутой, но широкой тропинке. Она порядком уже заросла, но идти по ней все еще было легко.

— Почему это пастбище больше не используют? — спросил Альбаса Ди Арси.

— Так там жук на траве завелся, овцы болели… вытравить не могли, ну и пришлось уйти. Думаем на следующее лето пасти снова, кажись, сгинул жук-то…

Мы шли, наверное, с полчаса — во всяком случае, мне так показалось. Становилось все светлее и светлее, но я знал, что солнце встанет еще не скоро. Наконец тропа выбежала на то самое пастбище: широкий зеленый луг, больше похожий на самое настоящее горное плато. Считать его таковым мешали только относительно скромные размеры.

Трава казалась серо-серебристой в утреннем тумане. Слева поляна была оторочена громадными серебристыми вязами, справа — полосой сосняка. Прямо перед нами уступами, туманными голубыми складками поднимались горы, как никогда восхитительные.

— Замечательное утро, — с энтузиазмом произнес Ди Арси. Мне его энтузиазм показался слегка зловещим, но я тут был лицом заинтересованным.

— Действительно, — ответил я. — Самое подходящее для чего-нибудь важного.

— Для сражения, например, — в тон мне заметил он, дернув уголком губ.

Я только склонил голову. Мне не хотелось с ним сражаться — исход был совершенно ясен!

Значит, предстояло придумать, как от драки отделаться. Я не особенно ломал себе голову… по крайней мере, пока. По опыту я знаю, что в таких ситуациях главное — не дергаться. Не дергаться, но и не упустить свой шанс. Пусть все идет, как идет.

Хельга остановилась, и шаманка шагнула вперед. Почему-то я думал, что она направится на середину луга, но она уверенно пошла к старым вязам. Остановилась, едва войдя в тень одного из них.

— Надо развести костер, — сказала она.

— Веток, что ли, наломать? — спросил Альбас нерешительно.

— Да, — кивнула Вия, — только немного. Скорее всего, нам не понадобится, чтобы костер горел долго. Только в самом начале…

Альбас послушно направился вглубь рощи.

— Я пока начну, — мягко сказала Вия, обращаясь к Хельге. — Дайте же мне их.

Девушка слитным движением размотала полоску ткани, прикрывающую ее лицо. Хельга даже не вздрогнула — по-видимому, она и вовсе не обратила внимания на то, что кожа шаманки была неправильного цвета.

Сумасшедшая без возражений протянула Вии куклы.

А потом госпожа Шварценвальде сделала то, чего я никак от нее не ожидал. Она крепко сжала куклы в охапке и потерлась о них щеками. Выражение лица у шаманки было мечтательное, словно у девчонки за игрой.

Она жестом попросила Хельгу расстелить на траве покрывало, и бережно опустила на него кукол. Потом сняла сапоги, аккуратно отставила их в сторону. Я решил, что она разденется совсем, как тогда, на башне, и приготовился успокаивать Альбаса, когда он вернется, — скорее всего, бедняга не привык к таким эксцентричным выходкам. Однако дело ограничилось только сапогами: вероятно, для этого ритуала визуализации скелета не требовалась. Шаманка просто переступила несколько раз с ноги на ногу, как будто пробовала землю на ощупь. Потом потянулась, встала на цыпочки, понюхала воздух.