Он тоже, как и Дебрен, воспользовался энергией огня. Успел сформировать и преобразовать в заклинание начало потока энергии. Но забыл, а возможно — и не знал, что при таких огромных поступлениях силы необходимо прежде всего думать о том, как задержать процесс. Он не задержал, и его мозги разбрызгались по огороду, а тело охватил белый огонь, обугливший его верхнюю часть прежде, чем оно свалилось на землю.

Один из крупных осколков черепа ударил громилу с цепом, разорвал ему горло. Мужчина рухнул на колени, залился кровью. Дебрен, мгновенно обессилевший, упал на спину. Нейтрализующее заклинание вымело из него все с эффективностью урагана, налетевшего на кучу пера.

— Сгинь! — взвизгнул Геп, перепрыгивая через деревянный поднос и замахнувшись для удара. — Да здравствует свободный…

Короткий, легкий и быстрый болт ударил его в грудь, переломил грудину, отбросил назад. Прежде чем под ним подогнулись ноги, он недоверчиво взглянул на торчащий из груди стержень, потом на рыжеволосого мужчину с небольшим арбалетом в руке. Потом упал.

— …Дефоль, — закончил за него Деф Гроот. — Прощай, дурной сопляк. Может, и тебе поставят какой-нибудь памятник. Где-нибудь в тупичке.

В толпу окружающих рыцаря дефольцев ворвался покрытый красно-желтой попоной конь. Кто-то хватанул его сверху косой, но острие попало по седлу и переломилось. Кто-то замахнулся вилами и погиб от удара копытом. Конь повалил пятерых человек, двух тут же истоптал. Он облегчил дело хозяину, подарил те вожделенные мгновения, которые Кипанчо не сумел себе отвоевать. Хозяин отблагодарил жеребца, запустив ведро в парня, прицеливающегося косой в животного. Другим ведром рыцарь заслонился как щитом, выхватил меч, рукоятью саданул того, который врезал по ведру топором.

— Довольно! — Дебрен поднялся на четвереньки. — Они сдадутся! Перестань, Кипанчо! Деф Гроот, переводи!

Лучники на валу отбросили луки, сбежали вниз, выхватывая из-за поясов охотничьи ножи и дубинки.

— Нет! — Деф Гроот бросил арбалет и, предостерегающе держа руку на рукояти засунутого на пояс палаша, начал пятиться. — Кончайте. В конце концов, это люди, а не паршивые ветряки.

— Деф Гроот!

Кипанчо завертел мечом, отступил на несколько шагов. Хотел освободить немного места, чтобы глянуть, что с Сансой. Но был неверно понят. Невозможно бесконечно отражать ведром толпу вооруженных людей, тем более будучи в тяжелых латах. Рыцарь был стар, худ. И не совсем нормален, то есть — по простодушному мужицкому понятию — просто глуп. Если к этому добавить смертельную усталость и то, что он отступал перед противниками, то его вполне могли считать легкой добычей. И хотя, кажется, он не успел никого убить ведрами, дефольцы как-никак потеряли нескольких своих. Поэтому жаждали крови и мести.

Дебрен понял, что душист совершенно прав. Наступавших оставалось около десятка. Доведенных до нищеты. Самых отважных среди сотен, если не тысяч, у которых Геп и левая фракция наверняка искали поддержки. Не надо быть душистом, чтобы понять: просто так, только потому, что кто-то предложит им сдаться на их родном языке, они не отступят.

— Сюда, Дебрен! — крикнул из-за угла домика Деф Гроот. — Он управится сам. Займись собой, ты ранен!

И верно. Шок, вызванный нейтрализующим заклинанием, привел к тому, что магуну хватило бы, правда, сил стоять, хотя и не очень уверенно, однако о чарах пока что нечего было и думать. А без чар его физическое состояние оставляло желать лучшего.

— Не убивай их! — крикнул он.

Кипанчо отразил четыре острия одним взмахом меча, цеп — ведром, а удар топора пустил по налокотнику и ткнул мечом сам. Слегка.