|
Винтовка или карабин. А может, и «Калашников» — старенький, калибра семь шестьдесят два. Видели такие дырки, и не раз. Только почувствовать пока не доводилось. К счастью. Ого! Никогда бы не подумал, что это столько силы потребует. Не то чтобы сразу выдохся, но уходит много, как в ванну без пробки. Как только Мишка выдерживал?! А ведь он еще этого паренька откуда-то тащил. Ну, пусть даже не один и не на себе, но снимал-держал сам. Под такие дела он никого не подставляет. Боль и слабость под руками словно стремились переползти на свободное от посторонних место. Вот почему Михаил пальцы передвигал. Заткнешь одну дырку — тут же в другом месте прорыв. Нет, это не ванная. Это решето, в котором надо воду нести. Не воду — кровь! А ведь еще и ребята поддерживают. Что-то здесь неладно. Не просто пули навылет прошли. Или не они одни. Под бинтами словно что-то толкнулось. Раз. Второй. Мелко задрожало и перекатилось. Пронеслась горячая волна. — На ногах — хватит! Просто держи… — Голос Иваныча был хриплым, словно в горле у старика пересохло давно и основательно. — Миша, если можешь, пот мне вытри. Мешает. Ну… Господи, благослови! Пальцы обожгло, на мгновение потемнело в глазах. Потом всё стало нормально. Действительно всё. И сила не вытекала неизвестно куда, и боль перестала кочевать. Остались ровные горящие трубки вокруг пробитых в теле каналов, под красными пятнами — и всё. Что-то стукнуло о пол. Иваныч не упал, только опустился на колени, ухватился за изголовье. Глаза так и остались закрытыми. Под ними четко выделялись темные пятна. Четко — потому что лицо бледнело и вытягивалось. Старика подхватили сразу несколько рук. — Это ничо, это щас пройдет. — Голос был еле слышен. — Вот только… Посплю… Маленько… — Я тебе посплю! — Михаила самого шатало, когда он начал приподнимать учителя. — Я тебе не дам спать, старый ползучий крендель! — Мишка! — Узловатый палец приподнялся и вяло качнулся. — Знаешь, что… и куда… вставлю? — Вот это другой разговор! Вот теперь верю, что пройдет! Но спать все равно не дам. До рассвета — точно. Забыл, что вокруг делается?! — Не забыл. А вы на что? Всем войском… одного старика… не укарау-у-у… — Фраза завершилась отчаянным зевком. — Сил же нет. Шибко много всего нынче было. Не те годы… Ну дай же хоть вздремнуть! — Гриша, Мосол! Деда на диван! Держите вокруг, не укараулите — всем ерша вставлю и не выну! Ясно?! Никто не ответил. Да и грозил Михаил больше для порядка и дисциплины. Все в этой комнате были учениками старого ведуна. Всем всё было ясно. ГЛАВА 15 Ленивый золотистый кругляк всплыл над великой рекой. Ему не было никакого дела до кучки серых коробок между берегом и холмами. Он выполнял привычную работу — полз по небу, отмеряя новый день. Для города, впрочем, этот день начался задолго до восхода. И действительно, был новым. Почти во всем, если не считать привычного движения солнца. Первым почувствовал разницу сторож на окраинной стройке. Несмотря на солидный возраст, по имени-отчеству его никто не называл. Как, впрочем, и просто по имени. Пропил он свое имя, зато приобрел новый титул: Профессор. В самом деле, у сторожа когда-то было высшее образование. А также престижная работа, семья и двухкомнатная «служебная жилплощадь». Именно с нее в свое время всё и началось. С того момента, когда новый этап хозрасчетных отношений в обществе сделал ненужной его службу. |
