– К вам прибыл агент контрразведки с заданием вытащить отсюда сына генерала Деева, начальника тыла Добровольческой армии.

– Сын генерала Деева служит в городе Н?

– В составе кавбригады червонных казаков Хотиненко.

– Под каким именем? – спросил Матросов.

– Чего?

– Под какими именем служит сын Деева? Не под своей же фамилией.

– Этого я не знаю. И наш человек не знает.

– А как агент его узнает?

– Лицом они дюже схожи, товарищ. А агент этот засланный генерала Деева знает.

– А ты сам?

– Чего я?

– Деева видел когда?

– Откуда? – спросил Чекмесов. – Я ему в кумовья не нанимался. Но чего сложного найти его? Кто-то из-новых, кто в город Н на этой неделе явился.

– Знаешь сколько таких? – спросил Матросов. – Десятка два наберется. И это коли он здесь еще.

– Здесь. Так быстро своего дела он не сделал бы. Я помогать тебе стану. Ныне мне быстро на ту сторону возвертаться нет надобности. Ныне-то я в контрразведывательном отделе при товарище Кедрове.

– И самого Кедрова видал?

– И не один раз, – сказал Чекмесов. – Ты ведь меня знаешь, товарищ Матросов.

– Я тогда благодаря тебе с десяток шпионов выловил. И восстание контрреволюционное мы подавили в самом зародыше, – похвалил агента Матросов. Он уже жалел, что слишком резко говорил с ним вначале. Ведь это человек Кедрова.

– Это еще что. Я с весны 1918 года в ЧК. Состоял при товарище Шамове, комиссаре по борьбе с контрреволюцией Донской советской республики.

– Вот как? – удивился Матросов. – Значит, ты и Губельман знаешь? Она также тогда при наркомате Донской республики была уполномоченным.

– Губельман? Анна Генриховна Губельман? Аня «в кожаных штанах». Как не знать? Знаю.

– Ныне она здесь.

– Здесь? В городе Н?

– На должности комиссара в бригаде червоных казаков Хотиненко. Совсем недавно сюда направлена.

– Она больше не в ЧК?

– Нет. Попала бы под трибунал, если бы не заступничество Троцкого.

– Во как? Не знал того. Она в большом почете была у члена коллегии ВЧК товарища Петерса и у самого Дзержинского.

– Все это в прошлом.

– В прошлом ли? – спросил Чекмесов. – Они в Москве нас на местах шибко проверять любят. Может быть и Аню «в кожаных штанах» сюда они и заслали.

– Проверять меня?

– А ты думал, раз старый большевик, то и подозревать тебя не станут? Ныне в ЧК мало стало нашего брата рабочего. Дворян бывших стали набирать или буржуев. Вот на Губельман посмотри. До революции в роскоши купалась. Мы против таких как папаша Губельман все дело и затеяли. А она среди нас.

– Троцкий про неё писал восторженно. «Валькирия революции»!

– Чего? – не понял Чекмесов.

– Троцкий так про неё написал. Назвал Валькирией революции.

– А чего оно такое? Эта Валькирия? Слово вроде ругательное. Вроде потаскухи.

– Разве в словах дело, товарищ Чекмесов? Сказал Троцкий, что на таких как Губельман революция держится.

– Вона как! А мы с тобой как же?

– А мы, товарищ Чекмесов, вроде как и ни при чем! Без них, ничего сделать не можем. Что с нас взять? Мы в университетах не обучались. Без них и шагу не ступим.

– А коли ступим, товарищ Матросов? Мы ведь и сами шпиона поймаем.