— Послушай меня, Иренка, пора тебе устраиваться в жизни. Я тебе помогу. Ты красивая, умная, способная. Бросишь эту фабрику…

Ирен перебила ее:

— Куда же я пойду?

— Я найду тебе место. Будешь зарабатывать гораздо больше, чем сейчас. Золотко мое, мы рождены не для того, чтобы мыкать горе.

В сентябре Ирен ушла с фабрики и поступила на курсы официантов при районном управлении общепита. Но закончить курсы она не успела — в стране вспыхнул контрреволюционный мятеж. Ирен это показалось непостижимым, да в общем-то ее и не интересовало, что происходит и на чьей стороне правда. Кати хотели от управления избрать в ревком, а затем и в рабочий совет, но она благоразумно отказалась от такой чести. Двадцать шестого сентября ей стало известно, что мятежники собираются арестовать Ласло Гомбоша, секретаря парткома с ее прежнего места работы. Недолго думая, она позвонила ему, обрисовала ситуацию и предложила свою квартиру в качестве убежища, пока не кончится это сумасшествие. Вскоре Лаци Гомбош уже сидел у нее на кухне и пил кофе. Он был молчалив и растерян и совершенно не понимал, почему некоторые так жаждут его крови, ведь он никому вреда не причинял, просто выполнял партийные директивы, хотя и не всегда бывал с ними согласен. Кати утешала его: не стоит, мол, так терзаться, в случае чего она горой встанет за него и сумеет доказать, что Лаци Гомбош в любых обстоятельствах оставался порядочным человеком. Ирен понравился этот стройный мужчина, и она спросила Кати, почему та не выйдет за него замуж, ведь и слепому видно, что Лаци влюблен в нее. Кати с улыбкой ответила, что с нее довольно семейной жизни и больше она не пойдет на такую авантюру. Будет спать с теми, кто ей нравится, но не собирается больше стирать мужские кальсоны, став чьей-то «милой женушкой», чтобы потом получить под зад коленом во имя неведомых ей высших интересов. Да, Лаци ей нравится и вполне устраивает ее как мужчина — она уже переспала с ним, — но о замужестве и речи быть не может. Упаси бог!

После поражения контрреволюции Ирен продолжала занятия на курсах. Кати работала теперь снова в гостиничном тресте, вместе с Гомбошем, не порывая любовной связи с ним. Несколько раз он делал ей предложение, но Кати и слышать не хотела об этом. В пятьдесят седьмом году она познакомилась с Шандором Ауэрбахом, который стал начальником торгово-промышленного отдела в уездном совете. Бывая по делам в тресте, он сошелся с Гомбошем, подружился с ним и теперь в каждый свой приезд в столицу навещал Кати и Гомбоша. Шани Ауэрбах был славным малым, и его широкая натура не позволяла ему являться к друзьям с пустыми руками: то, бывало, фазана привезет, то изрядную часть косульей тушки. Обладая недюжинными кулинарными способностями, он обычно сам и готовил ужин на квартире у Кати. Там он впервые увидел Ирен и моментально влюбился в нее без памяти. Она в то время уже работала в кафе «Ипой». Весной пятьдесят восьмого года туда же перешла и Кати — на должность заместителя директора. С ее приходом заведение увеличило торговый оборот, так как она, умело используя личные связи, могла доставать такие продукты, которые не попадали в другие кафе.

В том же году умерла тетя Боришка. Ирен очень горевала, чувствуя, что потеряла человека, который ее действительно любил. Для Кати это тоже было большим ударом. Она долго не могла прийти в себя после смерти милой тети Боришки. Похороны были очень торжественные, часть расходов, связанных с ними, Кати взяла на себя.