Изменить размер шрифта - +

– Не было никакой компаньонки? Леди Трокмортон-Джонс – мужчина?

– Да. И я не стану заставлять бедного графа ночевать в каких-то второсортных гостиницах.

– С меня хватит.

– Вот именно. Я больше не желаю слышать об этом деле. И не желаю больше с вами разговаривать, мистер Уиггз. – Она стала у открытой двери, ожидая, когда он уйдет. – И меня также не волнует, что вы напишете моему старшему брату.

– Вы ошибаетесь, мисс Ренслоу. Вас это взволнует, когда я напишу виконту и сообщу, что между нами все кончено.

– Поберегите ваше сообщение, сэр, между нами никогда ничего и не было. Вы никогда не поймете моей преданности брату и моей благодарности лорду Мардену. А я никогда не пойму, как может быть, чтобы человека больше заботило мнение общества, чем женщина, на которой он хочет жениться. И если уж на то пошло, не могу понять, как можно связать себя с женщиной, которая ведет себя неприлично. Я не собираюсь выходить замуж за раба приличий. Всего хорошего, сэр.

После того как дворецкий подал Уиггзу шляпу и перчатки, Афина сказала:

– Мистер Халл, впредь для мистера Уиггза меня никогда нет дома.

Дворецкий поклонился:

– Слушаюсь, мисс.

– Но он по-прежнему остается опекуном моего брата, поэтому ему нельзя запрещать видеться с Троем.

– Не повезло несчастному молодому человеку.

– Конечно, Трой очень много спит.

– Сон для него – лучшее лекарство. Я, конечно, сообщу об этом преподобному, когда он придет. Мастера Ренслоу нельзя беспокоить.

– Благодарю вас. Я знала, что на вас можно положиться.

В этот момент появился Йен.

– Я встретил Уиггза. Он казался еще больше не в себе, чем обычно. Что-нибудь случилось?

– Мисс Ренслоу вывела его из терпения, – ответил дворецкий за Афину. – И выставила за дверь.

– А, значит, вас нужно поздравить.

– Нет, – возразила Афина. – Мы решили, что не подходим друг другу.

Йен улыбнулся:

– Именно с этим и нужно вас поздравить. Принесите шампанского, Халл. В библиотеку.

Ведя ее под руку, Йен сказал:

– Кстати, вы его ударили?

– Нет, он вымазался джемом, когда завтракал.

– А жаль, что не ударили.

Оставшись наедине с Афиной, Йен наблюдал, как она смотрит в окно на сад позади дома. Он не знал, о чем она думает, поэтому ему пришлось спросить:

– Не каждый день леди выставляет за дверь своего поклонника. Вы хотите поплакать?

– Нет, скорее, запеть.

Он вспомнил о полном отсутствии у нее музыкального слуха.

– Лучше не надо.

Афина рассмеялась.

– Тогда я могу станцевать. – Она сделала поворот, раскинув руки. – Я свободна, свободна, как птица. Видимо, это был мой единственный шанс выйти замуж. Но лучше остаться старой девой, чем выйти замуж за Уиггза.

– Уиггз отвратителен, – согласился Йен. – Ему нужны были только ваше приданое и влияние, которым пользуется ваш брат.

– А мне нужно было только благополучие, которое мог принести брак с ним, так что мои мотивы были не лучше, чем его. Никто из нас не изображал любовь, которую мы не испытывали друг к другу, хотя когда-то я надеялась, что полюблю его со временем. Но не полюбила. И очень рада этому.

Йен тоже радовался – и сам этому удивлялся.

– Да, – продолжала Афина, – теперь мне не придется выходить замуж без любви.

Рука судьбы пожала руку Йену.

 

Глава 11

 

С любовницей жить интереснее, чем с женой.

Быстрый переход