Вероятность, что Витю удастся вернуть была крайне мала. Пономарь, если уж он разошелся настолько, что уничтожил и прекрасно подготовленных зомби, и средних размеров боевую единицу, вряд ли позволит с небольшими потерями отбить пацана. Скорее, он костьми ляжет для того, чтобы хумчанин был в безопасности.

Но, на случай провала операции по уничтожению и Пономаря, и бывшего ГУЛа, в котором старый вор в законе почти не сомневался, у него был последний шанс. Дуэль.

Рыбак уже продумал до тонкостей ее ход и не оставил на долю Дарофеева ни доли процента вероятности выйти живым из этого противостояния.

Игорь Сергеевич сидел в гостиной и заново перечитывал свои записи. Оказалось, что при первом ознакомлении с ними он пропустил так много, что сейчас эти разрозненные листки захватывали сильнее, чем тот крутой бестселлер, в котором описывалось его схватка с Гнусом. Книга эта нашлась на полке в спальне, где целитель провел ночь и, вернувшись туда после ухода Изотова, Пономарь с упоением прочел роман, названный его прозвищем. Ушло на это не более двух часов и, закончив заниматься беллетристикой, в которой, как подозревал Дарофеев, вымысла было несколько больше, чем правды, Игорю Сергеевичу внезапно захотелось еще раз ознакомиться с собственным архивом.

За этим занятием его и застала проснувшаяся Яичница. Девушка, едва продрав глаза, уже успела взбодрить себя порцией наркотика и теперь была в бодром и веселом расположении духа.

— Привет, Пономарь! — Радостно воскликнула девушка, появившись в гостиной.

— Доброе утро. — Ответил целитель, едва взглянув на девушку. Но и этого, брошенного мельком взгляда, ему хватило, чтобы определить, что она определенно находится под кайфом.

— Чего читаешь? — Дине явно хотелось общения и такой, несколько равнодушный прием со стороны Игоря Сергеевича ее несколько раздосадовал.

— Да так, записи свои… — Неопределенно пожал плечами Дарофеев.

Тут Дина заметила лежащий рядом с целителем томик.

— А, «Пономарь». Про то, как меня захомутали… Читала я его в тюряге… Читала… Кстати, там как, все в масть? Или лапша на уши доверчивым обывателям?

— Там все как было. — Припустив в голос металлические нотки сказал Игорь Сергеевич. Ему хотелось вернуться к архиву, а назойливая наркоманка не давала это сделать.

— Да, бедолага… Как он тебя… — Сочувственно закивала Дина. — Причем, понимаешь, жену твою мне совсем жалко не было. А вот дочку…

— Заткнись, пожалуйста! — Как можно более холодно процедил Пономарь. — Это не твое дело. И вообще, на твоем месте, я не стал бы ширяться с самого утра.

— Да, я ширялась! — С вызовом проговорила Яичница. — Ширялась и буду ширяться! Между прочим, если тебе это не нравится, твой дружок мне пообещал, что ты меня от этого вылечишь!

— Вылечу, вылечу!.. — Подтвердил Дарофеев, особо упирая на будущее время в этих словах.

— Тогда, чего ты сидишь, как фраер на нарах? Давай, действуй! Я готова! — И девушка, нахально подбоченясь, встала перед Пономарем.

Подняв на нее глаза, целитель понял, что она не отстанет.

— Хорошо. — Сдался Игорь Сергеевич. — Только, предупреждаю, я, как смогу, сниму оба типа зависимости. Физиологическую и психологическую. Но лишь от тебя самой будет зависеть то, как ты воспользуешься результатами лечения. А сейчас, как знак твоей доброй воли, и того, что ты действительно согласна лечиться, принеси сюда шприцы и свои наркотики.

Недовольно фыркнув, девушка испарилась. Ее не было несколько минут и Дарофеев уже успел подумать, что она передумала, как Дина вновь появилась в комнате, неся на вытянутых руках перед собой картонную коробку, перевязанную широкой лентой, которая завершалась огромным зеленым бантом.