— Проделки моих врагов, — я показал ей фигурку девушки.

— Что это? — удивилась она, уставившись на настолько тонко изготовленную вещь, что нельзя было представить, будто ее сделали руками.

— Воровка. Она пыталась украсть дедов дневник.

— Ты привез эту мерзкую книжку с собой? Но зачем?

— Вика, — я приблизился, взял ее за плечи, — сейчас у меня нет времени это обсуждать, но обещаю, что расскажу тебе.

Заглянув в ее широко раскрытые от удивления глаза, я добавил:

— Когда разберусь во всем сам.

— Куда ты? — спросила Вика, когда я сунул статуэтку в карман и пошел на выход.

— Нужен тот, — я обернулся, — кто поможет с артефактным заточением.

Трибуны шумели. Внизу, на арене, два мага мерились силами в новой дуэли. Один срезал треть верхнего грунта поля боя, превратив его в грязевого голема. Другой — маг крови, дрался огромными, крепкими, словно металл красными когтями из собственной крови.

— Тома, — тронул я плечо девушки, и она аж вздрогнула, обернулась.

— Игнат? В чем дело?

Стас обернулся тоже, удивленно посмотрел на меня.

— Нужна помощь. Срочно.

Уловив мой тон, девушка посерьезнела. Кивнула. Потом повернулась к Стасу и проговорила:

— Пойдем, Стас. Тебе нельзя быть тут без присмотра.

— Что?! — мальчик поднял брови, указал руками на арену, — но там же бьются Танкян и Селихов! Можете себе представить?! Селихов! Где еще такое можно увидеть?!

— Не капризничай, — строго сказала девушка.

— Ну ла-а-а-а-адно, — протянул мальчик.

Выбравшись с трибун, мы быстро пошли к шатру.

— Артефактное заточение, — проговорила Вика, крутя в руках фигурку, — кто это?

— Помнишь кошку, которую я принес из ресторана позавчера?

— Угу.

Я кивнул на статуэтку.

— Что? Но как? — нахмурилась Тома, — она могла превратиться лишь при помощи личной трансгуманизации. Но эти чары очень редкие.

— Очень, — согласился я.

Обдумывая, как девушка умудрилась пользоваться такой магией, я вспомнил Хлебова. Он совсем не был магом. Но силу ему давал медальон, в котором было заключено заклинание. Конечно, оставались вопросы относительно того, откуда у Ордена взялась секретная техника дома Орловских. Учитывая, что все Орловские — роялисты. Впрочем, сейчас не до этого.

Мы собрались в шатре. Убрав печку, поставили круглый столик в середине шатра. Уселись за ним. Все внимательно рассматривали статуэтку, которую я передал Томе. Когда я показал ей ошейник и рассказал о его свойствах, Тамара сказала то, что я собственно говоря, знал:

— Магический карман. Если воровка положила его на колонну, значит, чтобы провести извлечение нужен был какой-то ритуал. А может, — она задумалась, — и нет. Слишком много вариантов. Нам, — девушка кивнула на фигурку Елены, — спросить бы.

— Читаешь мои мысли, — я кивнул в ответ, — в фигурку ее превратил тот, кто поручил украсть книгу. Это был какой-то ошейник. Другой такой же, — я внимательно посмотрел на Тому, — оторвал мужику башку. Сможешь расколдовать фигурку?

Тома задумалась. Некоторое время она размышляла, шепотом бормоча что-то себе под нос.

— Да нет-нет, не пойдет, — отмахнулась она от какой-то мысли и стала думать снова.

Так продлилось минут пять.

Пока она думала, я занялся своими мыслями. Эта девушка, Елена, попросила спасти ее брата Олега. Значит, они те самые брат и сестра, о которых говорил Хлодвиг. И исчезли они, потому что попали в лапы к моим врагам. Я даже знаю к кому. Орден Новой Маны замешан в пропаже прокуратора Олега Петрина, и том, что его сестра украла мою книжку.