— Трудишься, артефактор, — смешливо проговорил он, — ну-ну, давай! Ты же знаешь, — он протянул руку в белой перчатке и сжал пальцы, — что жизнь твоей внучки зажата здесь. В моем кулаке.

— Знаю, — буркнул герцог.

— Молодец, мой старый друг.

— Чего тебе нужно? — Неприязненно изогнул губы Мясницкий.

Сновидец хмыкнул, опустил руки и уставился на герцога.

— Ты спрашиваешь, что мне нужно?

Мясницкий не ответил, только посмотрел на него исподлобья.

— Мда… спрашиваешь…

Внезапно, Сновидец выбросил руку, да так, что герцога сбило с ног. Он больно ударился затылком о пол. Однако боль в голове быстро померкла, потому что началось удушье. Герцог схватился за шею, но на ней не было ничего, что могло бы душить. Вот только Мясницкому было не продохнуть.

— Советую выбирать выражения, когда общаешься со мной, червь, — приблизился Сновидец на пару шагов, — я могу щелкнуть пальцами, и у тебя, например, не станет ног. Тебе ведь не нужны ноги, чтобы закончить круг, верно? Не нужен, также и язык.

Сновидец повел и второй рукой. Мясницкий почувствовал, что его челюсть сводит, и мышцы, работают как-то сами собой. И без того раскрытый в попытках вдохнуть рот, расширился еще сильнее, а язык полез наружу.

— Оторвать? Он уже в моих телекинетических клещах.

Мясницкий захрипел.

— Я спрашиваю, оторвать⁈ — Крикнул Сновидец злобно.

Граф торопливо замотал головой. Магическая хватка тут же ослабла. Сновидец опустил руки и отвернулся, прошел на край полуначерченного круга и снова посмотрел на Мясницкого.

Пытаясь привести дыхания в порядок, герцог хрипел. Потом, немного отдышавшись, с трудом поднялся на четвереньки, тронул окровавленный затылок.

— Ты работаешь медленно, — тоном, прозвучавшим металлом, проговорил Сновидец.

— Это круг материи, — герцог встал на одно колено, держась за горло, — его долго чертить.

— Замятин готовится возводить барьеры вокруг Гекаты, старик. Мы должны успеть, пока он не закончит.

— Но сколько? — Сглотнул герцог с трудом, — сколько у меня времени?

Сновидец не ответил сразу. Он обратил на стоящего на коленях Мясницкого свою золотую маску. Герцогу показалось, что лицо на ней имеет презрительное выражение.

— Я буду держать тебя в курсе, друг мой. Пока ты можешь спокойно работать. Я знаю все, что делает Замятин.

— А если я не успею?

Сновидец хохотнул.

— Ну тогда мне придется убить бедненькую Томочку, — развел он руками, — если ты хочешь, чтобы она жила, работай хорошо. Я вернусь завтра.

Он направился к выходу, но замер перед дверью. Проговорил не оборачиваясь:

— Ах да. Даже не пытайся испортить символы. Я проверю. Если хоть один будет начертан неверно, сначала умрет девчонка, а потом ты.

Дверь хлопнула. Герцог упал на четвереньки, глубоко дыша. Немного придя в себя, он подлез к кругу и стал исправлять символ, который намеренно написал неправильно.

* * *

С грохотом завалилась кирпичная кладка. Мы вылетели на задний асфальтированный двор магазина, пробив собой стену. Масса здоровяка не позволила мне перевернуть его в полете, поэтому мы приземлились на меня.

Подо мной грохнуло защитное поле униформы.

— Толчок! — крикнул я.

Сверкнуло. Телекинетическая волна ударила в Ольгерда. Тот отлетел, с грохотом ударился о стену и сполз под нее.

Я поднялся, бросил взгляд в дыру, что мы выбили на втором этаже.

— Денис! — Крикнул я, но ответа не было.