Сильный и мужественный Элбрайн… значит, и ему было тяжело? Слова эльфа потрясли и буквально перевернули все внутри Роджера. Он вытер слезы, расправил плечи и, глядя на Джуравиля, угрюмо кивнул.

Роджер был слишком взбудоражен, чтобы дожидаться утра, и потому он не мешкая отправился в Палмарис. Идти приходилось медленно: прихрамывающий Грейстоун нес на себе два тела. Однако Роджер был исполнен решимости еще до полудня встретиться с бароном Билдеборохом.

ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ

ДОРОГА ТЕНЕЙ

К церкви, которой служил Эвелин, принадлежали мои родители. К ней же принадлежали и принадлежат все люди, каких мне доводилось встречать. Но чем больше я узнаю об этой церкви и о монахах Абеликанского ордена, тем острее начинаю понимать, сколь неуловимой бывает природа зла. Раньше я как-то не задумывался над этим, а сейчас задаю себе вопрос: является ли злой человек злым изначально? Сознаёт ли он, что творит зло? Считает ли он свои поступки злыми, или его восприятие настолько искажено, что они представляются ему добрыми и справедливыми?

Когда пробудился демон и мир познал хаос, многим, наверное, пришлось задаваться вопросом о самой сущности зла. Конечно, каждый мог бы сказать: «Кто я такой, чтобы судить, кого считать добрым, а кого — злым?». Если я спрашиваю, является ли злой человек злым изначально, я подразумеваю, что существует четкое разграничение между добром и злом, а большинство людей отказывается признавать такое разграничение. Их представления о нравственности относительны, и, хотя я готов признать, что нравственные последствия многих поступков зачастую зависят от той или иной ситуации, общее нравственное разграничение между добром и злом остается неизменным.

Я знаю: в этой истине скрыта истина более высокого порядка. Я знаю, что действительно существует абсолютное различие между добром и злом, не зависящее от воззрений и оправданий того или иного человека. Для народа тол'алфар мерилом является всеобщее благо, где на первом месте стоит благополучие эльфов, но при этом принимается в расчет и благополучие всего остального мира. Хотя эльфы и избегают контактов с людьми, они век за веком помогают людям. Это они своим обучением и воспитанием превращают таких, как я, в Защитников. Эльфы делают это отнюдь не для защиты собственных границ — Эндур'Блоу Иннинес не нуждается в этом. Эльфы стремятся к тому, чтобы весь мир стал лучше. Тол'алфар никогда не был расой завоевателей. Да, им приходится сражаться, но они сражаются за свою землю, не желая видеть ее частью чужеродной для них империи. Если бы гоблины не напали на Дундалис, эльфам и в голову не пришло бы сражаться с ними. Хотя эльфы не питают любви ни к гоблинам, ни к поври, ни к великанам, считая эти три расы проклятием для всего мира, эльфы никогда не решились бы отнять у них право на жизнь. Мысль о том, чтобы пойти войной на этих тварей, никогда не родилась бы в умах эльфов. Это, как они считают, толкнуло бы их на действия, которые они более всего ненавидят и презирают в других народах.

Но коварным, воинственным гоблинам и поври подобные высокие принципы неведомы. Эти предпочитают нападать при первой возможности. Неудивительно, что демон-дракон сделал их своими приспешниками. Не могу сказать того же о великанах. Я до сих пор не понимаю, являются они злыми по природе своей или просто по-иному смотрят на мир. И человек для великана — то же самое, что и для какого-нибудь голодного тигра: добыча, которую можно поймать и съесть. Поэтому, когда мне приходилось убивать гоблинов, поври и великанов, я не испытывал угрызений совести.

И жалости — тоже.

Из всех пяти рас, что населяют наш мир, люди представляются мне самыми таинственными и непостижимыми. Среди них попадаются такие удивительные и прекрасные личности, как брат Эвелин, но среди них же встречаются жестокие и отвратительные тираны.