— Грейстоун, — подсказал Рошфор. — Имя этой лошади — Грейстоун.

Роджер кивнул и продолжал:

— Монах бросился за мной вдогонку, и когда Грейстоун потерял подкову, я понял, что мне конец. Но моя сила — в хитрости. Я подстроил ему ловушку, в которую он и попался. Я не собирался убивать этого монаха, а только хотел снова взять его в плен, чтобы он по закону ответил за свои преступления. Но оказалось, что убил.

— Мне давно рассказывали о твоих хитроумных проделках, Роджер Биллингсбери, — сказал барон. — Или ты предпочитаешь называться Роджером Не-Запрешь?

Ошеломленный парень не знал, что ответить.

— Не бойся, — успокоил его барон Билдеборох. — Я говорил с одним из твоих недавних спутников и услышал весьма хвалебные отзывы о тебе. Мне по секрету рассказали о том, сколько бед ты причинил поври в Кертинелле.

Онемевший Роджер мог лишь кивать.

— По чистой случайности в числе моих слуг находится дочь женщины, которую ты зовешь тетушкой Келсо, — объяснил барон.

Роджер воспрянул духом и даже улыбнулся. Если барон Билдеборох поверил тетушке Келсо, тогда этого человека можно не бояться.

— Я ведь предупреждал Коннора. Ох, до чего же он был порывистым и бесшабашным! — тихо воскликнул Рошфор. — Если поври сумел пробраться в покои Добриниона, никто из нас не может чувствовать себя в безопасности. Я говорил ему об этом. Но этот гнусный монах… — добавил барон, покачав головой. — Я никак не могу понять: почему вдруг этот убийца охотился за Коннором?

— Настоятеля Добриниона убил не поври, — твердым голосом ответил Роджер. — А гнусный монах — опытный и изощренный убийца.

Когда Рошфор поднял глаза на Роджера, лицо барона выражало одновременно ярость и удивление.

— Потому мы с Коннором и торопились к вам, — сказал Роджер. — Коннор знал, что настоятеля Добриниона убил не поври, а монахи. И он хотел подтвердить это, приведя одного из них в качестве пленника.

— Выходит, что настоятеля Добриниона убил монах Абеликанского ордена? — недоверчиво спросил Рошфор.

— Дело здесь не только в Добринионе, — попытался объяснить старику Роджер.

Он знал, что должен говорить крайне осторожно, чтобы не сболтнуть лишнее о своих друзьях.

— Дело касается похищенных магических самоцветов и борьбы за власть внутри церкви. Я тут вообще ничего не понимаю, — признался Роджер. — Какие-то хитросплетения. Знаю лишь, что двое монахов, напавших на меня и моих друзей, до этого убили настоятеля Добриниона. Коннор в этом не сомневался.

— А что заставило его отправиться на север? — хотел знать Рошфор. — Ты-то сам был знаком с ним прежде?

— Я — нет, но один из моих спутников — да, — сознался Роджер.

Глубоко вздохнув, он решил рискнуть.

— Это женщина. Когда-то она недолгое время была замужем за Коннором.

— Джилли, — выдохнул Рошфор.

— Большего я вам сказать не могу и прошу вас: ради нее и ради всех нас — не надо меня дальше об этом расспрашивать, — сказал Роджер. Вам достаточно знать, что Коннор отправился на север, чтобы предупредить нас. И, спасая нас, пожертвовал своей жизнью.

Барон Билдеборох откинулся в кресле, переваривая услышанное и сопоставляя рассказ Роджера с недавними событиями в монастыре, связанными с отцом-настоятелем и монахами из Санта-Мир-Абель. После долгого молчания старик поднял глаза на Роджера, затем указал на пустой стул рядом.

— Посиди со мной по-дружески, — искренне попросил он.