Тормон жестом приказал Сколлю оставаться на месте. Со всей очевидностью, сам он собирался туда — дальше, под безумную массу бурлящей воды. Он должен был выяснить, есть ли возможность пройти… Сколль ощутил противную слабость в коленях. Сам бы он ни за что не решился сунуться туда. Пусть, пусть Тормон идет! Пусть выясняет… И тут внезапно перед его мысленным взором всплыло личико Аннас — маленькое, замурзанное и перепуганное. Тормон остался ее единственным родным человеком. Если он погибнет под водопадом, малышка останется одна в целом мире… И словно со стороны, до Сколля донесся его собственный крик:

— Стой! Я пойду!

Поднырнув под руку Тормона, желавшего удержать его, Сколль отпихнул торговца назад и ринулся сквозь завесу брызг.

Дрожа всем телом, почти ослепший от водяной пыли, он медленно нащупывал путь, придерживаясь левой рукой за твердый, влажный камень скалы. Справа ревел водопад. Никакая преграда не отделяла его от жуткой, невероятной мощи безжалостной стихии. Один-единственный неверный шаг, и вода сорвет его с узкой тропы, поглотит, расплющит и утащит в глубину беспомощное, изуродованное тело… Висящая в воздухе водяная пыль мешала дышать. От грохота голова готова была разлететься на куски. Спотыкаясь и оскальзываясь, Сколль брел вперед. Он шарил перед собой посохом, выискивая, куда бы поставить ногу, крохотными шажками продвигаясь все дальше в жерло туннеля.

Внезапно левая рука потеряла опору. Твердая стена исчезла, и черная пустота окружила Сколля со всех сторон… Он был внутри. Получилось! Он справился со своими страхами и преодолел силу стихии! Стало быть, проникнуть в туннель возможно, и Сколль только что это доказал.

Он задохнулся от счастья. Он больше не был недотепой кузнеца Агеллы — ее нерадивым учеником. В отряде Тормона он ощущал себя нужным и необходимым. Здесь Сколль мог принести несравненно больше пользы, нежели городской пижон Пресвел или даже эта некогда величественная и могущественная женщина…

Впрочем, Сколль строго напомнил себе, что ликовать пока рановато. Если он и в самом деле желает доказать собственную полезность, то должен завершить начатое дело. Только проверив весь путь в туннеле, он имеет право вернуться к остальным с добрыми вестями… Шагая по щиколотку в воде, он направился вперед сквозь жерло туннеля. Здесь царила непроглядная мгла, и Сколль вынул из заплечного мешка факел, который — как и большую часть экипировки — он «прибрал» в доме на скале. Зажав посох между ног, дабы освободить обе руки, Сколль повозился с огнивом и наконец сумел высечь искру, едва не спалив себе брови… М-да, надо принять во внимание, что в наклонном туннеле тянет почище, чем в дымоходе, и встречный ветер кидает пламя прямо в лицо…

Все еще кашляя от дыма и гари, Сколль вскинул факел и огляделся по сторонам. Проход, вырубленный в толще скалы, был около десяти футов шириной. Полукруглый потолок вздымался наподобие арки. Темный камень блестел от влаги, сверху падали капли воды, загораясь в мерцающем свете факела, словно драгоценные алмазы. Пол под ногами был твердым и гладким — не чета скользкой, неверной тропе, оставшейся за спиной. Повозки и лошади легко сумеют пройти здесь, решил паренек. Вода по-прежнему бежала, захлестывая голенища сапог, но ее напор ослаб и более не мешал движению.

Не следует терять время, — напомнил себе Сколль. Спутники ждут его возвращения.