—  Шагай, — приказал себе Сколль. Он проговорил это вслух, пробуждая свою отвагу. — Давай-ка покончим с этим.

Его сердце учащенно забилось от страха и возбуждения. Он повыше поднял факел и ступил в черную неизвестность…

ГЛАВА 6. ДАРК И ГРИМ

Дневной свет ударил Блейду в лицо, и он проснулся. Он поднял голову, пытаясь осознать, где находится и что с ним творится. Вспомнив же, разозлился на себя за то, что поддался усталости… Сколько времени он потерял? Блейд перевел взгляд на очаг. Огонь уже погас, и угли тускло алели под сероватым пеплом. Выходит, проспал он всего-то несколько часов. И потом, чего же можно было ожидать? Несмотря на крепкое здоровье, присущее народу магов, последние два дня Блейд пребывал в невыносимых условиях. Ему просто необходимо было отдохнуть, дабы действовать эффективно.

Блейд не стал тратить время на самоуничижение. Что сделано — то сделано. Он обратился к делам насущным. Сейчас необходимо снова разжечь огонь: температура в комнате быстро падала.

Едва он попытался пошевелиться, как тело отозвалось резкой болью. Блейд застонал и перекатился на полу, пытаясь выпутаться из ковра, в который замотался, пока спал. Высвободившись, Блейд на коленях подполз к очагу.

Угли почти потухли, и возродить огонь оказалось непросто. Однако теперь Блейд уже не был так измучен холодом и слабостью, и дело пошло повеселее. Вскоре первый огненный язычок выглянул из золы и пепла, а через минуту пламя загудело в трубе.

Блейд отодвинулся от очага и занялся осмотром своих ран. Все тело покрывали ссадины и кровоподтеки, оно нестерпимо болело, словно Блейда долго и жестоко избивали. Одежда превратилась в лохмотья. И тем не менее Блейд понимал, как сильно ему повезло. Порезы и синяки заживут, а ведь сложись все по-другому, его искореженное тело валялось бы сейчас у подножия скалы, став пищей для червей и ворон. Или хуже того: он мог лежать там с переломанными ногами и позвоночником, ожидая медленной, мучительной смерти…

Но нет! Вопреки всему, он выжил. Внезапно Блейд ощутил волчий голод и стал озираться по сторонам в поисках чего-нибудь съестного. Рядом с очагом он обнаружил суповую миску; остывший бульон покрылся тонкой пленкой жира. Блейд помешал в миске ложкой, не горя желанием рассматривать содержимое. Его солдаты провели в этом доме несколько часов, а уж людей своих он знал хорошо. Когда дело касалось жратвы, они превращались в стаю саранчи. И если уж они что-то не доели, стало быть, это вряд ли годилось в пищу… Однако выбора не было. Суп — если так можно выразиться — представлял собой жидкое сероватое месиво, в котором плавали жилы, ошметки мяса и неприглядные куски овощей. Блейд сунул палец в эту массу, продегустировал и поморщился. Не иначе, эта миска использовалась в качестве ночного горшка. Очень на то похоже. В самом деле: вкус настолько омерзительный, что и сказать невозможно. Тем не менее Блейд поставил миску на угли и, дождавшись, когда суп разогреется, уничтожил все подчистую, горько сожалея, что еды так мало.

К огромной своей радости, Блейд обнаружил в кухне ведро воды. Напившись, он принялся обрабатывать раны — насколько это было возможно в подобных условиях. Порыскав во владениях Тулак, Блейд отыскал горшочек целебной мази на все случаи жизни, которая широко использовалась в народе. Покончив с этим, Блейд занялся одеждой — счистил с нее грязь и зашил самые большие прорехи. К сожалению, он мало что мог сделать со своими изодранными сапогами — разве что набить носки кусками старой кожи и надеяться на лучшее.

Теперь, отдохнув и подкрепившись, Блейд чувствовал себя несравненно лучше. Его железный организм уже начал восстанавливать силы.