— Прошу, леди, — средний герцог пригласил нас со светлой девчонкой за стол. Голос звучал ровно, но на переносице залегла вертикальная морщинка. Господину не нравилось мое присутствие.

— Продолжим, — объявила Дитрих, нарочно глядя мимо меня.

Эмилио сосредоточенно кивнул и отчеканил.

— Вы напортачили.

Тео заерзал на стуле.

— Прошу прощения, мэтр, — начал он, хорохорясь. — При всем уважении, но главный тут — я, и прежде бывшие участники не вмешивались в дела ордена.

— Прежде ученики не горели заживо в ночь духа, — парировал на это Эмилио. — К тому же, орден полной луны основал мой предок — Герберт Ван-се-Росса. Я в своем праве. Итак, вы напортачили. Огромная удача, что сегодня никто не пострадал всерьез. Но это не ваша заслуга. Давно следовало обратиться за помощью. Или советом. В свитках есть имена членов ордена за всю его историю. Вы знали, что мы с леди Дитрих здесь. Но поставили гордыню выше интересов Гвендарлин. Выше своего предназначения.

— Но мэтр…

— Помолчи, Тео, — осадил его Эмилио и хмуро посмотрел на младшего братца. — Повезло, что мне была ведома личность одного участника вашего нынешнего состава. Нет, Элиас никогда не признавался. Но Ван-се-Росса испокон веков в ордене. По праву крови. Пришлось прижать брата и заставить организовать эту встречу.

— И нечего смотреть оскорблено, — напустилась на Тео Дитрих. — Научись принимать взрослые решения и брать за них ответственность. Вы тут не в игрушки играете.

Гнев Дитрих пронял сильнее назидательных речей Эмилио. Тео уткнулся взглядом в стол, изображая готовность к сотрудничеству. Но получилось плохо. Из ушей «главы» ордена едва дым не валил — черный и мощный.

— Что нам делать? — спросила вместо него Юмми. Кротко и почтительно.

— Срочно вычислить восьмого, — Эмилио обвел присутствующих мрачным взглядом. — Иначе в следующее новолуние в замке лучше никому не оставаться. Магия восьмерки — не просто красивая легенда. Вы объединяете силы в единую энергию. Если вас меньше, энергия не получается цельной. Ее недостаточно для защиты от тьмы.

— Но мы провели все необходимые манипуляции! — всплеснула изящными ручками Рашель, голос зазвенел от волнения. — Отобрали испытуемых, но никто не подошел. Кроме… кроме… Лилит.

И откуда у сестрицы Свена силы взялись произнести мое имя. Уж не пламенные ли чувства к Элиасу помогли?

Эмилио странно кашлянул.

— Кстати, о Лилит. Я так и не услышал от брата, как она вообще оказалась на испытании.

— Я уже сказал, это длинная история, которая тебя не касается, — объявил младший герцог, в запале отдвигаясь от стола вместе со стулом. Ножки с мерзким скрежетом проехались по древним камням, и все в комнате поморщились.

— Попридержал бы ты язык, — посоветовал старший брат и поинтересовался у остальных. — Никто не хочет нас просветить?

Полноценные молчали. Признаться, что притащили меня ради особенного дара? Того, который помог незамеченными вернуться в бальный зал? Ага, конечно! В кое-то веке я была с ними солидарна. Мой дар — моя тайна!

— Элиас прав, — проговорила я строго. — Это длинная история. И личная.

Эмилио вздрогнул. Он не ожидал сопротивления от меня.