— Эта лавина… Случайность или чья-то злая воля?

— Думаешь, происки демона? — проговорил Твил.

— Грифон наблюдал за нами, — пояснил свою мысль наемник. — Мы еще далеко от замка, и напасть эта мерзкая тварь не может. Однако у чудовища есть верные слуги…

— Трудно сказать, — подбрасывая ветки в огонь, произнес туног. — Летом лавины сходят часто. Особенно в теплые дни. Снег на вершине тает, слабеет и срывается вниз. По пути ледяная масса нарастает, превращаясь в гигантский ком. Самое опасное время — конец дня.

— Значит, нет ничего удивительного, что мы чудом не погибли, — констатировал Конан.

Проводник утвердительно кивнул головой.

— А мне все же кажется, что без вмешательства демона здесь не обошлось, — вставила девушка. — Я чувствую его близкое присутствие. И он знает, зачем мы пришли. Лавина — лишь первая попытка уничтожить отряд.

— Не буду спорить, — печально улыбнулся Твил. — Я бывал в этих местах много раз, но никогда не видел крылатого чудовища с четырьмя лапами и клювом. Это подтверждает ваш рассказ. С другой стороны, на леднике погибли сотни людей. Для тропы Ужаса — обычное явление.

— Зачем же ходить по ней? — удивилась Селена. — Ведь в Иглофийских горах есть и более безопасные перевалы…

— И все они контролируются ванирами, — продолжил ее реплику туног. — Война с ними никогда не прекращается. Если хочешь напасть неожиданно — удиви, ошеломи врага. Эта дорога ведет в самое сердце Ванахейма. Сколько ни ставь дозоры, их всегда можно обойти. Тропа Ужаса на выходе имеет десятки ответвлений.

— Неужели у вас никогда не бывает перемирий? — удивилась волшебница.

— Бывают, — иронично произнес проводник. — Сегодня мы торгуем, пьем вино, заключаем дружеские союзы, а завтра мерзавцы нападают на деревню. Ванирам постоянно нужны рабы. Многие их племена занимаются рыболовством, а море коварно и часто топит жалкие суденышки. Вот они и используют в качестве гребцов невольников. Живой товар в Ванахейме в цене.

Девушка взглянула на северянина. Выдержав небольшую паузу, она спросила:

— А на нас ваниры не нападут?

— Если дойдем до их селения, то нет, — ответил наемник. — Они тоже соблюдают законы гостеприимства. Мы не представляем опасности для племени. Смелых людей уважают и в Киммерии, и в Нордхейме.

— А если не дойдем? — уточнила Селена.

— Придется драться, — усмехнулся гигант. — Твил прав, мерзавцы свою добычу не упустят. Группы вольных охотников постоянно блуждают на востоке Ванахейма. Обобрать путников и продать пленников в рабство для них пара пустяков. Грабеж — типичное занятие местных жителей.

— Тогда какой смысл искать людей? — заметила девушка. — Двинемся сразу на север. Чем дальше от этого места, тем лучше.

— Ты сделала не совсем правильный вывод, — возразил Конан. — У всех нордхеймцев есть своеобразный кодекс чести. Они не пикты и в спину никогда не бьют. Война с киммерийцами и асирами — это кровная месть, длящаяся сотни лет. Обычно ваниры не рискуют преодолевать Иглофийские горы и углубляться далеко на юг. Что-то их заставило… Вот и надо узнать — что? Кроме того, постоянных селений у нордхеймцев нет. Они — кочевой народ и каждую зиму перемещаются с места на место. Стычки между племенами за богатые пищей леса — явление не редкое. Я надеюсь получить от них сведения о местоположении замка.