|
.. немедленно... безобразие! — слышалось вокруг. — Оставьте моего внука в покое, — прозвучал повелительный голос лорда, и суета мигом стихла. Кто-то даже отряхнул Ориону штаны. — Пошли вон... отр-ребье... Воцарилась тишина. — Ты откуда взялся? — спросил наконец Абраксас. — Из дома, откуда еще... Как узнал, так и ломанулся... — невесело вздохнул Орион. — Тебя выпустили из Хогвартса? — Попробовали бы не выпустить, — был ответ. — Деда, вы только не волнуйтесь! Драко в порядке, но вот об отце я ничего не смог узнать кроме того, что в газетах пишут, а там галиматья какая-то. Я прикинул, куда можно бы сделать запрос, но мне не ответят, я несовершеннолетний, а мать вообще, считай, никто. Вам надо вставать. Маман предложила закинуть вас в маггловскую клинику, вас там живо в порядок приведут... А то это... — Орион наморщил лоб. — Промедление смерти подобно, вот! Дед, я как подумаю, что отец там... в этом... Алькатрасе... — Азкабане. — Да один хрен! — Знаешь, внучек... — А трости при вас нету, так что это — до дома, — ядовито улыбнулся Орион. — Вставайте. Я кое-что придумал, хоть оно из книжек и кино, но может сработать, а вы наверняка знаете серьезного адвоката... Кстати, бабло на него есть? — Ну еще бы, — усмехнулся тот. — Надеюсь, министерство очень огорчилось, обнаружив счета моего сына пустыми... — Класс! — подпрыгнул Орион. — Тогда мы их сделаем! Маман уже шуршит бумажками, дело за вами! Ну, деда?! Абраксас Малфой прислушался к боли в груди, не обнаружил ее и решительно сел в постели, держась за крепкую руку внука. — Прикажи прислать врача, — приказал он. — Момент, сэр! — ответил тот, высунулся в коридор и гаркнул: — Врача к лорду Малфою! Сама выписка заняла минут пять, не считая причитаний главврача (или как он там звался в этой клинике), медсестер, и гневной отповеди Абраксаса, который наотрез отказался от кресла-каталки и намерен был покинуть больницу своими ногами. — Деда, я там в камине чутка поправил, — предупредил Орион. — Если обожжет, вы не пугайтесь, следов не будет. А вот чужака спалит... — Какой ты добрый мальчик, — погладил его по голове Абраксас и решительно шагнул в бело-голубое пламя, чтобы через секунду очутиться в собственном холле. Следом вывалился Орион. — Чего-то я не рассчитал, — задумчиво сказал он. — Но чего? Вроде бы эксперименты на людях запрещены, но... — Орион! — высунулась на лестницу Лорейн. — Господин Абраксас! Рада видеть вас в добром здравии! — Не такое уж оно и доброе, но еще поскриплю, — буркнул тот, глядя, как вихрем взлетевший наверх мальчишка обнимает мать. — Что у вас там за бумажки, а? О чем речь? — Я вам все расскажу, только давайте сперва вы присядете... — Лет на десять, — ляпнул Орион, трогая перила. — Деда, а можно, я по ним съеду? — Шею свернешь! — воскликнула Лорейн. — Да не, не сверну, ма... первый раз будто! Просто эти такие гладкие, классные... Можно? — Давай, — кивнул Абраксас. — Будто я по ним не катался... — Вау! Серьезно? — А отчего они тогда, по-твоему, такие отполированные? Орион с радостным воплем съехал по перилам, вовремя притормозив. — Кла-асс... — выговорил он. — Драко подрастет, его тоже научу. — Люциус тебя за это... — начала Лорейн, но осеклась. — Идем, поговорим о Люциусе, — кивнул Абраксас. — Что там за бумажки и о каком плане твердил твой сын?
Глава восьмая, в которой происходит невозможное Лорейн спала, вымотавшись до полного изнеможения. Орион, гаденыш, предложил привлечь к делу не только местного адвоката, но и парочку маггловских, молодых, борзых и бедных. Абраксас скрипнул зубами, но согласился при условии, что встречи будут проходить на нейтральной территории. |
