— М-да, не ожидал от тебя, Петрович, такой архипассивности, — голосом Ильича укорил приятеля Туманов.

— Ага! У меня куча дел нераскрытых, полно висяков и заказух. А ты мне мутотень какую-то подсовываешь. Миражи какие-то… Пси-технологии… Я и без них как псих полный. Вот если будут от граждан конкретные заявы на эту клинику, будем работать. А так — извини! Пусть чекист через свое ведомство ими занимается. Это его стариков уморили, ему и карты в руки.

— Ладно, закрыли тему, — вздохнул Туманов. — Пойдем в бильярд сыграем.

— Во! Это дело!

— А завтра поутру можем на рыбалку выйти. Лед сейчас крепкий.

— Поглядим. Можно и на рыбалку. А что? Давно меня вертолетом с дрейфующей льдины не подбирали. То-то веселья будет на весь город…

— Да ладно! Под тобой ни одна льдина дрейфовать не сможет: будет стоять как вкопанная, разве что ко дну пойдет…

— А что? Я мужик увесистый — что да, то да!

— Я бы сказал — весомый! И вес твой в масштабе города переоценить невозможно!

— Не льсти, не поможет, — буркнул Гоголев. — Я будто не понимаю, что, попади такая психотропная хреновина в чьи-то руки, последствия могут быть самыми ужасными! Но улики-то где? Без веских улик ни к одной клинике не под…гребешься!

— Так будем собирать улики, что за вопрос? Есть, понимаешь, время разбрасывать камни, а есть — собирать! — как ни в чем не бывало заметил Туманов. — Разрешаю использовать себя в любом качестве. Может, запихать меня туда как подсадную утку?

— Тьфу! Пошли в бильярдную. Сделаю сейчас тебя вчистую! И хватит о делах, суббота все же! — возмутился Гоголев.

Субботним утром Инна Яковлевна ринулась в прокуратуру города. Сначала подумала было о районной, но решила, что это не тот уровень. По опыту она знала, что пробиваться всегда следует к самому высокому начальству, ибо именно оно и способно принимать решения, не опасаясь, так сказать, критики сверху. Однако не тут-то было! У главного городского законника были четко обозначенные дни приема граждан, и субботы отнюдь не предназначались для встреч с населением. Кроме того, существовала запись на прием. Следовало прийти в понедельник, отстоять очередь за талоном, на котором и будет обозначена заветная дата.

— Прямо как в районной поликлинике! — вскипела госпожа Ратнер.

— А. что! Там надзор за здоровьем, здесь — за законностью, — меланхолично заметил дежурный, здоровенный веснушчатый детина. — А вы по какому вопросу, гражданка?

— Я? Я по вопросу убийства! — гордо заявила Инна Яковлевна.

— Явка с повинной, что ли? — невозмутимо предположил детина. — Так вам в милицию нужно.

Идите в районное отделение, в убойный отдел, — посоветовал он.

— С какой повинной? Вы что? Я свидетель!

— Тем более. Идите скорее, свидетель. А то мало ли… — задумчиво оглядел он женщину.

Ратнер выкатилась на улицу. Что за город? Убийством никого не удивишь! И куда теперь?

В РУВД? Нет уж, черта с два! Там один взяточник на другом сидит и бандитом погоняет… Если идти, то в ГУВД! Или, еще лучше, в угрозыск! Именно там работают Жегловы и Шараповы! Кроме того, у них, думается, режим круглосуточный, как в «Скорой помощи».