Есть у нее рычаги воздействия. Вернее, был когда-то…

Когда-то… Когда деревья были большими, он — молодым и честолюбивым и тоже жадным до денег, но бедным, как церковная мышь. Бедный полковой лекарь… Удача свалилась неожиданно. Испытания психотропного оружия, которые проводились в их богом забытом полку на краю земли, эти испытания стали началом новой жизни. Оттуда замаячил далекий и слабый огонек нынешнего процветания.

Спасибо Максу! Вот что значит родственные связи, вот что такое семейный клан. Кто он был для преуспевающей московской ветви? Бедный провинциальный родственник. Но в Военно-медицинскую академию устроил его-именно дядя, Юрий Вениаминович Муравьев, вернее, теткин муж, отец Макса. Оказавшись по распределению на Крайнем Севере, он решил было, что родня совсем забыла о нем.

Но нет, не забыла! Макс, который начинал трудовую деятельность именно в том военном институте, где появилась секретная разработка, Макс, который ко времени создания пси-оружия уже занимал заметные позиции в столичном истеблишменте, именно Макс рекомендовал кому следует испытать оружие в полку, где служил Стрельцов. А дальше просто его величество случай! Правительственный переворот, неразбериха и паника, следующий за этим бардак и вседозволенность — и он, Саша Стрельцов, стал обладателем мощнейшего вида воздействия на человеческую психику.

Инженер Гарин, так сказать. Он хранил свое приобретение в полной тайне, он хранил его бесконечно долго, но верил, что когда-нибудь сможет найти ему применение. Конечно, было расследование… Но удалось найти стрелочника — вечно пьяного сержанта Березина, на которого и повесили пропажу. И сгинул Березин в местах еще более отдаленных, чем Заполярье. А он, Александр Стрельцов, получил награду за успешно проведенные испытания и был переведен в Питер. Тот же Макс пристроил его в структуру, занимавшуюся воинами-«афганцами».

Было создано некое общество «Афган-мед», которому отвели пустующее здание на окраине Питера. Это было нечто среднее между реабилитационным центром и коммерческой структурой. Доктор Стрельцов как раз и возглавил небольшой стационар, в котором действовали кабинеты физиотерапии, рефлексотерапии, лечебной гимнастики и диагностическая лаборатория. В начале пути там действительно проходили курс лечения инвалиды-«афганцы». Но какое лечение у безруких, безногих? Так, санаторий в черте города.

Разумеется, деньги делались не на них. Они делались на постановлении правительства о беспошлинной торговле, разрешенной ряду организаций: Спорткомитету, служителям культа и структурам, представляющим интересы воинов-интернационалистов.

В их числе был и «Афган-мед». Они получили право беспошлинно ввозить спиртные напитки и бытовую технику, торговать икрой. Для виду к каждому празднику ветеранам войны выдавались продуктовые наборы: баночка красной икры, зачастую с истекшим сроком годности, бутылка водки, блок дешевых сигарет. И ему всегда смешно было наблюдать, как выстраивались очереди калек на костылях за пайкой «бесплатного сыра», а на заднем крыльце склада разгружались тем временем целые фуры с отборной, свежайшей черной икрой и французским коньяком. И другие — набитые телевизорами, стиральными и посудомоечными машинами, грилями и прочими бытовыми изысками самых престижных на мировом рынке фирм.

Хорошее было время. Деньги сами текли в руки. Текли широкой рекой. Тогда он почувствовал вкус больших денег, широчайшие возможности, которые они дают. Можно было слетать на выходные в Париж. И эта возможность для него, мальчика из семьи провинциального врача, была опьяняюще прекрасной. Он купил «БМВ», он приобрел квартиру… Все шло замечательно, но однажды в отлаженном механизме его благополучной жизни произошло нечто такое, что полностью перевернуло все его существование.

Стрельцов прикрыл глаза. Тот день он будет помнить до конца своей жизни.