— А ты спасти ее хочешь, да? — выдавил он, глядя в сузившиеся от ненависти светло-зеленые глаза подростка.

— И спасу. А тебя я все равно убью, сволочь!

— И спасай, — весело фыркнул Лиэ. — Раз уж так получилось… Кирт! Иди сюда, девочка, только тихо! И побыстрее, пожалуйста!

Киирт'аэн как раз удалилась для очередного купания, когда случился поднос — но она выскочила из-за двери очень лихо, в одном полотенце, зато с кинжалом в руках и со свирепым блеском во взоре. На губах ее уже дрожало какое-то явно убийственное заклятье… но при виде распростертого на полу эльфа и оседлавшего его мальчика Кирт выронила кинжал и тихонько сказала:

— Ой!

— Мамочки… — прошептал мальчик, тоже роняя свое оружие. — Привидение…

Лиэ вывернул шею, чтоб рассмотреть всю картину, и обреченно фыркнул:

— Та-ак! Вот вам и конспирация! Слушай, ребенок, слезь с меня, ладно? И откуда ты только взялся такой прыткий… и тяжелый! Киирт'аэн, запри дверь, пожалуйста… и сними с меня твоего защитника, если не сложно.

Кирт метнулась к двери и заперла ее во мгновение ока, практически в точности повторив все защитные чары. Потом столь же быстро стащила окаменевшего мальчишку с Лиэ и закатила ему оплеуху.

— Дар! Ты придурок! Какого…

— Кирт, ты живая!!! Ты…

— Дар, я тебя убью!

— Кирт! Но я думал… я думал… — мальчик ошарашено обернулся к фантому. — А это тогда кто?!

— Не кто, а что, — только Лиэ остался невозмутим, как дерево, хотя затылок и саднило. — Знакомы ли тебе, юный… э-э… рыцарь, такие понятия, как маскировка? Или конспирация?

— Лиэх'хэл, у тебя сильно голова болит? — участливо осведомилась Кирт, выкручивая ухо мальчишке. — Отстань от ребенка, а? Я его сама вздую. Дар, то, что ты видишь — это фантом. Эльф создал его, чтоб меня защитить.

— Значит, ты и в самом деле добрый? — просиял Дар.

Лиэ фыркнул.

— Я не добрый. Я светлый и дивный. Это разные вещи, ребенок. Добрыми эльфы бывают только в сказках. А ты — молодец! Не побоялся… вот только что теперь с тобой делать…

— Ну, Дар, если ты кому-нибудь проболтаешься… — начала Кирт.

— Мне придется их всех тут положить, — перебил ее Лиэ. — Понимаешь, мальчик? Всех. Я вывезу ее отсюда несмотря ни на что, потому что обещал. И если люди попробуют мне помешать…

— Я понял! Ты это здорово придумал, — все поверили! Я тоже поверил… Кирт… прости меня.

Бывшая жрица фыркнула, но глаза ее подозрительно заблестели. Лиэ не мог не заметить, с какой запредельной нежностью женщина прижимает к себе мальчишку. Дарен, так его зовут, Лиэ вспомнил. Дарен, сын трактирщика. Единственное неиспорченное существо в этом болоте.

— Если б это зависело от меня, Дар, — вздохнула Киирт'аэн, — я никогда не оставила бы тебя здесь…

И, мысленно, совершенно отчетливо, только для Лиэ — а он и не догадывался, что она это умеет:

«Лиэ, мне нужно переговорить с тобой. Отошли его, пожалуйста».

— Вот что, Дарен, — мягко сказал Лиэ. — Наш ужин ты загубил, как видишь. Я не хотел бы остаться голодным, и уж тем более оставить голодной Кирт.