— Точно. Мы подключим к наблюдению команду из СТПЗП, и как только хоть один тип дотронется до «Меркури», мы перекроем весь сектор и возьмем его.

Капитан Чемберлен причмокнул губами, явно сомневаясь в успехе дела.

— Есть одна проблема, — заметил он, — зона очень большая, и там перемещается множество людей.

— Действительно, это серьезный аргумент. Невозможно ограничить доступ к стоянке, не вызвав у него подозрений. Однако наш тип постарается явиться туда как можно незаметнее. И, полагаю, вряд ли будет «приклеиваться» к другим прохожим; скорее всего, он явится ночью.

В кабинете воцарилось молчание. Только где-то в углу жужжал вентилятор, и из соседних комнат доносились приглушенные телефонные звонки. Забытая сигарета Митса догорала в пепельнице.

Бентли первым нарушил молчание:

— Капитан, вы ведь не будете поддерживать этот сумасшедший план?!

— Вы можете предложить что-то получше, мистер Котленд? Или предпочитаете ждать, когда появится очередная жертва? В таком случае, следующую пресс-конференцию будете вести вы и, раз уж на то пошло, сами будете разговаривать с семьей очередной жертвы, как вам такое?

Бентли лишь что-то проворчал в ответ.

Капитан Чемберлен погладил усы, его взгляд блуждал где-то далеко, он погрузился в собственные мысли. Когда он заговорил снова, его голос был хриплым, словно он не до конца поборол сомнения.

— Бролен?

— Да, капитан.

— А этот «проактивный метод», используемый в ФБР, каких результатов он обычно позволяет достичь?

Бролен пожал плечами:

— Ну, это зависит от обстоятельств. Иногда, если повезет, положительных.

Капитан сжал кулак.

— Думаю, нам нужно действовать, не теряя времени, — произнес он. — Бролен, свяжитесь с командой СТПЗП, пока я буду собирать журналистов. Через три часа информация распространится повсюду, каждый житель Орегона будет знать, что мы уверены в своих силах и что убийца двух женщин будет арестован в течение нескольких ближайших дней. — Он закрыл глаза и добавил: — Надеюсь, мы не облажаемся. Мы ведь играем по-крупному.

42

В стереосистеме за 1800 долларов крутился последний альбом Эймона Тобина, наполняя звуком весь первый этаж, оконные стекла дрожали от мощных басов.

— Убавь громкость, — распорядилась Камелия.

Уровень децибел резко снизился, словно самолет вошел в пике. Грызя сырую морковку, Джульет прислонилась к косяку кухонной двери.

— А что, если нам поужинать где-нибудь снаружи, — предложила она.

Во взгляде Камелии проскочила хитринка.

— Тебе захотелось компании? Наконец-то моя Джульет решила допустить до себя настоящего мужика.

Ее подруга с досадой пожала плечами:

— Не говори глупостей, не это мне сейчас нужно.

— О! Но уверяю тебя, я говорила о товарище на одну ночь! Об одноразовом самце.

— А я серьезно. Что, если нам вдвоем выйти в кино или в ресторан — туда, где находятся другие члены социума. Обычный выход, ничего более!

Камелия отодвинула журнал, который читала.

— А твои гориллы? — кивнула она в сторону входной двери.

Джульет вздохнула:

— Думаю, они будут сопровождать нас, хотя они ведь не могут бесконечно мешать мне жить.

Камелия посмотрела на часы:

— Пять вечера У нас есть время решить, куда мы отправимся. Китайская кухня? О, знаешь что! Есть гениальный русский ресторан в даунтауне.

— А французский есть?

— Снова дают знать о себе корни?

— Просто кулинарный атавизм… как думаешь, можно так сказать? — откликнулась Джульет.