— Это так просто не пишется. С новым товаром на Дикий Запад? Могут не понять тут — это раз. Если это что-то путевое и ты кому-то дорожку перейдешь тебе немножко кунэм делать будут. Или сигаргам. Зависит от национальности. Переводить не буду — и так поймешь, что к чему. Ну, допустим, что ты со всеми договорился, поделился и тебе дозволили рискнуть. Допустим даже, что покупатели у тебя одну партию твоей новинки как-то протащат в приличные страны. Думаешь, они эту фигню не смогут сами синтезировать? Смогут. И те барыши, которые тебе снятся, так во сне и останутся. Так что в долю я с тобой не пойду.

— Да ты погоди отказываться. Там из тех мужиков только один коренной ихний, а второй бывший наш. Этот, который ихний, ни слова по-русски не рубит. Фактически…

— Стой, — перебил Фрол. — Этих твоих штатников, часом, не Сноукрофт и Резник зовут?

— Ну… — с легким испугом произнес Рома. Он уже стал перебирать в памяти всех, кто имел отношение к переговорам с американцами, и прикидывать, кто же из его друзей может стучать Фролу, когда услышал:

— Тогда это вообще дохлый номер. В самом прямом смысле. Нету больше ни того, ни другого. И были ли они вообще — неизвестно.

— Не понял…

— Сейчас поймешь. В тех самых машинах, которых кто-то пожег рядом с моей «Куропаткой», были такие люди. В прошлом году они уже тут толклись, в области. Даже у нашего Главы на приеме побывали, у прокурора Иванцова в «Русском вепре» проживали, хотели Курбаши какую-то линию для розлива водки продать, около машиностроительного терлись — короче, искали, кого бы где кинуть. Иконкой даже одной интересовались. А потом слиняли. То ли их Рындин под прицел взял, то ли просто все обломилось. Они на Курбаши здорово надеялись, он тоже вроде тебя немного увлекающийся был. А дней десять назад приехали с новым другом, московским, по фамилии Соловьев. И стали вокруг Степы вертеться. Скорее всего Степа их повез в «Куропатку», а кто-то подсидел. В общем, сгорели они в «ниссане» господина Соловьева. И капитально: с паспортами, с визами, с баксами и «мастеркардами». Эксперты до сих пор разбираются, где чья головешка. Но, как положено, наши правоохранители доложили наверх, что погибли два штатовца. А из генконсульства США отвечают: «Извините, товарищи, но таких граждан у нас не числится». Паспортов с теми номерами и сериями, которые они указывали при регистрации в гостиницах, госдеп вообще никогда не выдавал. Как они там въезжали-выезжали, фиг поймешь. Бумаги-то все — тю-тю! Были они хоть когда-то американцами или оформили себе эти паспорта на Малой Арнаутской в городе Одессе — неизвестно. Один мистер Резник — точно из Одессы. Выезжал, конечно, в Израиль, а насчет США — темный лес. Ну, может, чекисты разберутся.

— Ты-то откуда все это знаешь? — спросил расстроенный Рома.

— Секрет фирмы, — ухмыльнулся Фрол. — Но данные точные. Поэтому скорее всего эти господа, которым ты перевел бы наш со Степой «лемон», пообещали бы тебе кое-что в Штатах приобрести, например, виллу в Калифорнии или Флориде, помахали бы тебе ручкой, а ты — своему миллиону баксов. Я лично такую парашу оплачивать не намерен.

— Фрол, — признался Рома — а я ведь уже пятьсот тысяч им спровадил…

— Эх, Рома, Рома, — вздохнул Фрол, — как говорилось в романе «Война и мир», «…сидел бы ты дома, тачал свои веретена»! Подозреваю, что ты еще и долгов наделал, верно?

— Есть такой казус… — Рома аж зубами скрипел от злости.