— Ничего, — ободрил Фрол, — это полезно. Патриотизму учит, любви к нашей великой Родине. А то вам, голубям сизокрылым, все куда-то за бугор надо, хотя еще и не оперились как следует. Летите, голуби, летите! Вот там-то вам шеи и посворачивают. Там таких пухленьких в момент разденут.

— Ладно, не добивай, а? — попросил Рома.

— Сколько у тебя народу, только без балды? Сам понимаешь, меня не сосунки, не бухгалтеры и секретутки интересуют, а только нормальные бойцы.

— Человек двадцать наберется. Все остальные — шпана.

— Переедешь к нам в область, пойдешь ко мне под крышу — считай, что никому не должен. И все претензии — ко мне. Пареньков я твоих пристрою к делу.

— К какому?

— В Лутохино у меня небольшая точка открывается. Но очень важная. Будешь ее блюсти. Внутри мои будут стеречь, снаружи — твои. Платить буду немного больше, чем ты. Но — чтоб все чисто. Чтоб никаких самостийных дел, только по моему велению. Идет?

— А куда денешься? — вздохнул Рома.

ГОСТЬЯ-5

Белая малютка-«ока», когда-то принадлежавшая Соне, а теперь унаследованная Любой, испортилась совсем не вовремя. Всего за пятнадцать минут до этого Любе позвонил Олег, услышал ее ответ и нежно произнес условную фразу:

— Это я. Хочу видеть твои глазки, малышка.

Это означало, что Любе, независимо от того, стирала ли она, гладила, завтракала-обедала-ужинала или мылась в ванной, надо было срочно все бросать и немедленно выезжать к нему в офис для получения какой-то очередной работы по профилю. И она должна была явиться туда в течение часа (плюс пять минут, не больше). Причем сказать: «Я себя плохо чувствую», или «у меня голова болит», или что-нибудь еще, даже если так оно и было, смысла не имело. Олег лишь сам, на месте, визуально определял физическое состояние своей сотрудницы. Если чихала, кашляла, сопливилась — отпускал домой и недели две не беспокоил. Температуру мерил здесь же. Поскольку когда-то окончил медучилище и имел диплом фельдшера.

Но, впрочем, если по разумению Олега недомогание был серьезным, он отправлял Любу домой и, должно быть, поручал исполнение очередной работы кому-то другому.

Итак, он позвонил, а машина сломалась. Убедившись, что завести эту капризульку не удастся, Люба отправилась городским транспортом. Успела вовремя. Она появилась в известном ей особнячке, что прятался в одном из тихих переулков между Садовым и Бульварным кольцами, ровно за минуту до истечения контрольного срока.

— Присаживайся, — сказал Олег. — Что-то долго добиралась!

— Я пешком, машина сломалась.

— Здоровье в порядке?

— Наверно. Не придумаю, на что пожаловаться.

— Тогда порадую тебя. В теплый край полетишь. Позагораешь, в море искупаешься — благодать! Ну и между делом поработаешь маленько.

— В Сочах еще холодно, только в бассейнах купаются.

— Ты думаешь, я тебя в Сочи посылаю? Не угадала. Вот ваш загранпаспорт, гражданка Украины Логачева Полина Андреевна. Как видите, на нем стоит транзитная французская виза…

— «И пошли они до городу Парижу…» — криво усмехнулась Люба, цитируя популярный мультик.

— Вот билетик. Вылетаешь завтра. Сперва по своему советскому паспорту в Киев. Слышала анекдот? Спрашивают Москву: «Имеете ли родственников за границей?» Она отвечает: «Да, имею. У меня там мать проживает». — «Как зовут?» — спрашивают. «Киев, — отвечает Москва, — мать городов русских». Вот ты для начала к этой самой матери и поедешь.