— Не только! — гордо выпятив подбородок, ответила она. — Это тебе не сидеть на берегу и ждать, пока мимо проплывет труп врага. Нет. Все гораздо сложнее.

— И что нужно сделать в первую очередь?

— Отправиться на место смерти, конечно, — она посмотрела на меня, как на дурака. — Это ж главное. Привязка!

— То есть идти искать душу, к примеру, на кладбище — это неправильно?

В ответ она расхохоталась.

— На кладбище! Вот умора! — она била себя по коленке и не переставала смеяться. — Еще скажи про ночь всех святых и день мертвых!

— Я даже не знаю, про что ты говоришь, — насупился я.

— Ой, тем более! Ты так другим не ляпни. Нет, на погостах нет душ. Только память о том, когда они были живы.

— Ты говоришь, что самое важное — место смерти. А если его не знаешь?

— Это сложнее. Просто так стоять на Изнанке и спрашивать для новичка не вариант, такое только опытные маги могут. Даже у меня один раз из десяти получается. Еще может помочь какая-то вещь.

«Как красный платок у Ольги Игнатьевны» — подумал я.

— Подожди, а вещь должна как-то быть связанной с последними мыслями человека?

— Мысли, желания, может это вообще, любимая вещь. Был у меня один случай, когда я искала дохляка, который просто обожал фигурки собак. Весь дом у него был ими уставлен.

— И что ты сделала? — я присел у скалы, и туман вокруг меня почтительно разошелся.

— Взяла одну из них и принесла сюда. Сразу прибежал.

— Разве можно приносить сюда материальные вещи?

— И об этом меня спрашивает парень в синей пижаме? — снова рассмеялась она. — Ты ж ее сюда перетащил.

«Не ложиться спать голым» — проговорил я мысленно, а вслух ответил:

— Может, я ради тебя нарядился, — и скрестил руки на груди.

От моего ответа она так захохотала, что чуть не упала с валуна. В последний момент только успела ухватиться за посох.

— У меня сейчас живот разболится от тебя. Я давно так не веселилась. Кого тебе нужно найти?

— Раскусила, — я улыбнулся. — Нет, я сам хочу попробовать. Просто интересно, как это делают профессионалы.

— Ой, да какой я профессионал, — отмахнулась она, но по глазам я увидел, что ей понравились мои слова. — Самому такое с первого раза сложно провернуть. Да и с десятого тоже. Ты хоть знаешь, кого искать хочешь?

— Нет. Сегодня о нем только услышал. Но знаю его родственника.

— Как все запутанно, — вздохнула она. — Ладно, слушай. Отправляйся туда, где он умер. Это раз. Проверь, ушел ли он окончательно. Это два.

— А три?

— Сначала это сделай. Если дух еще там, да еще и недавно умер, то сам справишься, а если нет, то будем уже думать.

— Я все хотел спросить, а что бывает, когда отпускаешь призрака, выполняя его последнее желание?

— А что должно быть? Ничего. Настроение хорошее, легкость, чувство справедливости растет.

— И все?

— Ну-ка, рассказывай нормально! Отпустил кого-то уже, да?

— Да, — не стал отпираться я. — Отпустил. Все, как ты сказала. Место, знаковая вещь из последних мыслей и исполнение желания. Просто потом мне так плохо стало, что я никак не мог понять, почему ты этим занимаешься. Голова чуть не лопнула!

— Это странно. У меня никогда ничего не болело. Наоборот, будто сил прибавилось. Бывало, встанешь с утра недовольная и разбитая, а потом душу освободишь и будто неделю отдыхала. Наверное, ты какой-то неправильный.

— Может, не освоился еще, — пожал я плечами. — Ладно, спасибо за науку.