Я же, в свою очередь, старался не упоминать лешего и даже не ругался. Хотя очень хотелось.

— Ты хочешь сказать, что не знаешь⁈ — пораженно спросил я.

— Знаю, я все знаю, — смущенно ответил Санек, — но про герб никак не могу вспомнить.

Впервые я видел друга таким… покрасневшим?

— Постой, а не читал ли ты про герб, когда появилась Катерина? Как сейчас помню, стройная, с русой косой до пояса. А глаза… глаза синие, как два озера…

— Что? Катя? Какая Катя? Не помню никакой Кати? Нет-нет, ты что! Ты ошибся. И глаза у нее карие!

— Неужели угадал?

— Не понимаю о чем ты, — Санек стал пунцовым, как перезревший помидор и вдруг начал увлеченно разглядывать куст малины. — Вик, а ты знаешь, что эти ягоды полны витаминов?

— Ты от темы-то не отлынивай, — с улыбкой сказал я.

— Ладно. Да, ты прав, — вздохнул он.

Это был единственный случай, когда Саньку дали доступ к одной из библиотек, но в том доме жила очень милая девушка Катя. В итоге, ни книги не читаны, ни с девушкой Санек так и не познакомился.

— Ладно, разберемся, — махнул я рукой. — Уверен, что это какая-то легенда и не более того.

— А мне кажется, что там что-то важное было. Ты к Еремею ходил? — вдруг спросил он.

— Нет, никак не найду время. Бабка наняла работника, чтобы он за хозяйством следил, а мне пришлось с ним целый день возиться.

— С чего это вдруг такая щедрость?

— Так, я же теперь маг, — устало ответил я. — Только вот никак не пойму, как с этой магией работать.

— Нужно побольше книг про это прочитать! — Санек хлопнул кулаком по ладони. — И кстати, может, дядькину библиотеку перевезем сюда? За день должны управиться.

— Только надо телегу побольше.

— У Василия Петровича есть.

От упоминания старосты мое настроение испортилось. Если ему тоже пришло письмо о смерти графа, то, боюсь, начнется у нас теперь новая жизнь. Потому что одно дело «сын хозяина», а другое — сирота.

Нужно поскорее взять старосту в оборот, пока он не чухнулся.

— Не знаю насчет телеги, но поговорить с ним нужно, — твердо сказал я, повернул голову в сторону его дома. — Смерть графа Васильева может на всех нас неприятно отразиться.

— Пока не определится глава рода, — Санек очень выразительно на меня посмотрел, — Василий Петрович точно постарается прибрать к рукам побольше денег.

— Это как раз меня и беспокоит. Знаешь, есть у меня одна мысль. Пошли-ка на почту.

— Снова? Кому ты хочешь написать?

— Семейному юристу. Он просил меня не появляться в столице, но никто не запрещал мне пригласить его сюда. Так сказать, для негласной проверки имущества Васильева.

В этот раз на почте мы управились быстрее. Адрес я помнил, а вот текст мы с Саньком составляли вместе. Послание получилось очень вежливым, слегка настороженным, но в целом по существу вопроса.

Дескать, ввиду неопределенности в вопросе наследования, и возможным превышением полномочий, прошу направить в деревню Васильевку независимого бухгалтера и юриста для решения ряда вопросов.

Закрутил, как сумел. Надеюсь, в той конторе все поймут.

Довольный собой, я вышел с почты, привычно покосился на темные завихрения недалеко — старик так и не исчез.

Поэтому следующим пунктом в планах на сегодня у меня было посещение Изнанки и разговор с Гретой. Благо сейчас получается переместиться быстро.

Сила моя растет, но я так и не могу понять почему. Скорее всего, это зависит от количества отпущенных душ. Их на моем счету всего две. Надеюсь, Сонечка меня не подведет и проведает Марьяну Васильевну, чтобы я смог двигаться дальше.