— Как это? Ты что, мертвая?

— Нет. Это неправильная формулировка.

— Ничего не понимаю, — я обернулся к Грете, ища поддержки, и та сквозь зубы ответила:

— Это порождение самой Изнанки. Вечный призрак. У них есть возможность на время перейти в наш мир, хотя я думала, что это лишь сказки. Но, по сути, она права, мертвой ее никак нельзя не назвать. Она никогда и не была живой.

— То есть, — я посмотрел на Светломиру, матерью ее называть у меня язык не поворачивался и уточнил: — То есть, ты в какой-то момент ушла с Изнанки, встретила графа Васильева, родила меня и снова ушла сюда?

— Все так.

— И поэтому он ничего не помнит?

— Он прошел со мной на Изнанку, и тут все случилось.

— Виктор Семенович, — я глянул на отца, — а вы интересный человек, оказывается.

— Я не помню этого, — упрямо ответил он.

— И не должен, — добавила Светломира. — Ты тогда был при смерти. Я увидела это и решила воспользоваться шансом. В итоге ты остался живым, так еще и сын у тебя есть. Жаль, что сейчас ты здесь.

Я переводил взгляд с одного родителя на другого и все думал, почему все сложилось именно так?

В голове звучало множество вопросов, но ни один из них я так и не задал. Слишком много всего разом навалилось на меня.

— Почему ты пришла сейчас? — силуэт графа слегка расплылся, но тут же собрался.

— Почувствовала сына, — ее плечи чуть вздрогнули. — Ты передал мальчику мою записку?

— С тем знаком? — вмешался я в их разговор. — Да, она у меня. Но что она значит?

— Это ключ к твоей силе. Раз ты мой сын, то обычные пути не для тебя. Я выбрала Виктора. Его магия очень сильна, как раз подходит.

— Для чего подходит? — удивился я.

— Для тебя, конечно. Мне так хочется тебя обнять, Виктор! — она протянула ко мне призрачные руки, но я не смог ответить ей тем же.

— Нет, я не понимаю, — мотнул я головой. — Объясни толком.

— Такие сущности, — сказала Грета, — порожденные Изнанкой, хотят только одного: стать сильнее через свое потомство. Теперь понятно, почему тебе, Виктор, все так легко удается. Ты часть этого мира.

— Я слышу сейчас зависть в твоих словах, Грета, — печально ответил я на ее выпад.

— А с каких это пор хранителей стал интересовать этот вопрос? — силуэт Светломиры уплотнился, став более светлым. — Себе хотела кусок силы забрать?

— Чушь! — с вызовом ответила Грета и стукнула посохом. — У меня и без ваших игр дел по горло! А тут еще и он, — она хлопнула кончиками пальцев по моему предплечью, — учить его я не буду. Сами все объясняйте, раз оба родителя сразу нашлись.

Она развернулась и, чеканя шаг, скрылась в алом тумане. Мы втроем проводили ее взглядами.

— Кто такие хранители? — спросил я, глядя на черные скалы.

— Те, кто охраняют Изнанку. Одни из ее столпов. Следят, чтобы как можно больше призраков перешли дальше, чтобы новички не злоупотребляли силой и не хулиганили, — ответила Светломира.

— Интересно, — потянул я. — Ты надолго сюда?

— Раз я тебя нашла, то уже никуда не денусь, — мне показалось, что она улыбнулась.

— А у меня есть еще?.. Братья? Сестры?

— Были когда-то, но это обычные люди, жили своей жизнью, умерли, перешли за грань. К Изнанке никогда не прикасались.

— Но почему им не передалась твоя сила?

— Скорее у них были не те отцы, — ответил граф Васильев. — У нашей семьи длинная история, магия очень сильная. Думаю, все дело в этом.

— Почему тогда знак на записке и герб Васильевых имеют общие черты? — удивился я.